Зона свободы. (Дневники мотоциклистки)

– Тебе пора гостиницу для байкеров открывать, – пошутила я и на ломаном английском, который я вспоминала все лето, выяснила, что полное имя японца Тошиюки Норо, что он живет в Токио и работал до последнего времени специалистом по телевизионным коммуникациям. Но вот решил уволиться и поехать, куда глаза глядят, в поисках новых впечатлений.

– У меня дома цирк, – смеясь, сказал Алексей, – этот ни слова по-русски не говорит, и никто не знает по-английски. Батя никак не может понять, что парень не глухой, а просто не понимает по-нашему.

И поэтому батя все время кричит, наверное, думает, что так понятнее! Но японец ничего, соображает, два раза на блины звать не надо.

Тоши снял свои жуткие чеботы, куртку и оказался высоким и тоненьким, казалось, его талию можно обхватить двумя ладонями. Я провела гостей в комнату, сбегала на кухню, поставила чайник, сполоснула стаканчики. У мамы глаза полезли на лоб, когда она увидела Тошиюки.

– Ах, Алька! Вот бы тебе замуж за японца!

Меня передернуло.

– Ну нет! Нас и тут неплохо кормят! – я мысленно сравнила Алексея и японца, и сравнение было не в пользу «самурая». Бр-р-р! Да он был похож на ящерицу!

Когда я принесла поднос с чаем в комнату, Тошиюки долго смотрел на розетку с черничным вареньем.

– What is it? (Что это?) – он осторожно поболтал ложечкой, размешивая жидкий сироп.

– Э-э-э… – я обернулась к Алексею, ища у него поддержки, хотя чем он мог мне помочь? Он ведь ни слова не знал по-английски! Но его выручила находчивость.

– Это джем! – ляпнул он.

Правильно ляпнул, я бы не догадалась. Но это не помогло.

– What is jam? (А что такое джем?), – снова спросил японец.

Его английский, по-видимому, тоже был несовершенен, и тут уж мы помочь ничем не могли. Пришлось «самураю» пробовать варенье, не зная, что это такое и как оно называется.

– Батя рассказывал, – продолжил говорить Алексей, – у японца, когда он приехал, мотоцикл грязный был, так он его сразу помыть решил.

Спросил жестами у бати, где, мол, помыть мотоцикл можно? Ну батя ему показал, куда ехать, у нас же берег Китоя рядом. Дал ему порошка, щетку, которой я «Урал» мою. Говорит, уехал. Не было его где-то с час. Приехал обратно, постоял-постоял, посмотрел на мотоцикл, видно – не понравилось. Говорит, щетка не та, дайте другую. Батя ему дал! Зубную щетку! А он показал жестом, хорошо, мол, и уехал. И мыл мотоцикл еще два часа.