Горький вкус родных рябинок

Но бабка успокоила:

– Не бойся! Сняла я страшное заклинанье. Сильно кто-то постарался. И на тебя, и на всю твою семью наложил. Теперь слушай внимательно, что дальше делать. Бери, не бойся, прямо в платочке сожги, пепел весь собери и раскидай по киевской трассе, чтобы машины своими колёсами этот пепел куда подальше увезли.

(В пяти километрах от Лосевки проходит московско-киевская трасса).

Света и тут верной оказалась, не бросила подругу. Вместе как-то добрались до трассы, там же, на обочине сожгли. Долго пришлось повозиться, немало дополнительно вспомогательных материалов сжечь.

Пепел бережно собрали, а потом и по трассе щедро рассыпали, стараясь по тем местам, где колёсная колея находится, чтобы уж около Лосевки этой гадости не осталось.

Всё, казалось бы, конец повествования, но нет. Осталось немного.

Через какое-то время в кафе пришла общая подруга и бывшая коллега Оксана. Она здесь раньше работала, часто заходила, со всеми дружила. Зашла в нужный момент, когда народу никого, все работницы сидели за столом и чаёвничали.

Ну, она знает, когда заходить.

Поздоровались, пообщались, потом Оксана и обращается к Кате:

– Ты у меня перец молотый просила. Я к тебе приходила, тебя дома не было. Я под ступеньки положила. Ты нашла? В спичечном коробке?

Молчание… потом хохот… и ответ Кати:

– Нашла, и уже сожгла, и пепел по киевской трассе раскидала.

– За..чем?

– Чтобы машины своими колёсами куда подальше увезли.

Теперь, всё.

16

Путь на конюшню открыл, наверное, Андрей.

В пять лет он проскакал на коне по деревне. Все ахнули. Свидетели этого зрелища пытались это самое зрелище остановить. И начало было положено.

Вскоре тропинка на конюшню забетонировалась от детских ножек. Всему виной – редкостное добродушие конюха Витьки Быкова. Был он по деревенским меркам дурачок. В армию не взяли – забраковали, и он нашёл себе место около лошадей.

Родители его были людьми обычными. А вот с детьми оказалось не всё так просто. Причём, сложности возрастали от старших к младшим.

Если бы старшая Валя была единственным ребёнком в семье, возможно, никто бы и не заподозрил ничего. Ну, подумаешь, картавит слегка, бывает. Зато симпатичная. Короче, не все и не сразу замечали, что что-то не то.

Однажды из-за неё подрались два солдата (воинская часть останавливалась в деревне). Так вот, солдаты не просто подрались, но один другого ранил ножом. Все охали:

во-первых, жалко было пострадавшего;

во-вторых, жалко было нападавшего.