Глаза Сфинкса

Мы обнялись, похлопав друг друга по плечам, отдавая дань традиции многих наркологических клиник, где между наркологами и пациентами царит этакая панибратская атмосфера.

– Вот так, встретились…

Мы коротко вспомнили студенческие деньки, учебу.

– Я еще не все потерял в жизни! Еще не полностью проигрался! – говорил он, когда я оформлял бумаги для приема. – У меня остались две самые главные вещи в жизни, – он вытянул вперед руку с растопыренными пальцами. – Во-первых, у меня есть жизнь, – решительно загнул один палец.

 – И, во-вторых, у меня есть Бог, – загнул второй. Затем сжал кулак и потряс им над головой так, словно только что одержал важную победу. – Жизнь и Бог! Понимаешь?!

Я одобрительно кивал, поражаясь его стойкости. «Вот молодчина мужик! Все потерял, всего лишился, но сохранил веру. Не озлобился, не пал духом. Имей я такой джентльменский набор, как у него, давно бы сломался».

Широко улыбнувшись (улыбка его после тюрьмы еще больше стала напоминать волчий оскал), Марк вдруг полез в свой рюкзак и, порывшись там, вытащил фотографию: мы с ним вдвоем, в институте, на выпускной церемонии.

Стоим, обнявшись, с дипломами в руках. Бог ты мой, когда же это было, сколько веков назад?!..

– Ва-ау! – воскликнул я. У меня такой фотографии не было. – Братья Марки! Дай мне этот снимок, я сделаю себе копию и потом тебе верну.

– Конечно, бери.

Я не расспрашивал Марка ни о его СПИДе, ни о бывшей жене, ни о тюрьме. Слишком много для первого раза. Да и куда спешить, впереди еще – столько времени, – думал я.

В холле ждали вызова другие пациенты. Директор с недовольной миной уже заглянул в мой кабинет, мол, почему так долго оформляешь прием?

Я дал Марку список мест в районе, где была бесплатная кормежка для нищих и бездомных. Позвонил в один дом трезвости и договорился, чтобы ему там предоставили место.

– Это на первых порах. Потом все постепенно наладится, подашь заявление на пособие и льготную квартиру, как больной СПИДом.

А со временем устроишься наркологом в какую-нибудь клинику, у тебя же есть диплом и опыт работы.

Он кивал, сжимая кулак в знак решимости бороться и победить. И не сводил с меня улыбчивых, но несколько напряженных глаз, словно ожидая чего-то.

Я бросил взгляд на закрытую дверь. Полез в карман, вытащил оттуда две смятые двадцатки.

– Бери. Отдашь, когда сможешь.

– Сорок баксов, – взяв деньги, Марк облегченно вздохнул. Затем задумчиво наморщил лоб.