Карьеристка

Номер девять: «Находясь в обществе, настоящая леди не будет говорить о сексе, политике, деньгах и религии. Она также не будет сплетничать и хвастаться успехами своих детей». Детей пропустим. Ну ладно политика и религия. А чем им секс и деньги не угодили? О чем еще можно разговаривать?

– Ты закончила?

– Нет. Тут осталось последнее правило. «Настоящая леди обезоруживающе вежлива со всеми, включая официантов, продавцов и горничных, и к окружающим относится с уважением и добротой». Вот теперь все.

– Слава Богу.

– Ну уж с официантами-то я всегда вежлива. Молодой человек! – закричала Анна через зал.

Все молодые и не очень люди как по команде повернули головы на этот призыв.

Нет, ну что за создание! Татьяна давно привыкла к своей подруге, но все же ее манеры порой обезоруживали.

Подлетевшему официанту Анна мило улыбнулась и попросила кофе.

– Ну, что скажешь? – спросила она у Татьяны, когда молодой человек ушел исполнять поручение.

– Скажу, что до изысканности твоим манерам далеко, и поработать над ними тебе явно не помешает.

– Так ведь я как раз не хочу мужиков. Я хочу, чтобы на меня джентльмены кидались. Вот как только стану леди – сразу найду свое счастье.

– Думаешь?

– Надеюсь. Хотя… – Анна немного помолчала. – Неувязочка все же получается.

– Какая?

– Ну смотри. Ты и так уже леди. На 90 процентов, за исключением кредита. Однако я что-то не вижу джентльменов, вьющихся вокруг тебя.

– Мне и так хорошо.

– Не может быть хорошо одинокой женщине!

– Ну, значит, выплачу кредит, и он сразу появится. Джентльмен, то есть.

– Танюха, я ведь серьезно говорю. Тут надо срочно что-то делать. Сидеть и ждать своего Онегина можно до посинения. Да только он, гад, может так и не появиться.

– И ты туда же! – Татьяна рассердилась. – Сначала Ефимыч, теперь ты. Хватит уже меня доставать Онегиным вкупе с князем.

– А что я такого сказала? – Анна опешила. – Я же не виновата, что ты Ларина.

– Я тоже не виновата. Однако всю жизнь живу с клеймом «Жертва Пушкина» на лбу.

– Да брось ты, – отмахнулась Анна. – Никто на это не обращает внимания. Мало ли кого как зовут. И вообще, сейчас никто не читает Пушкина. Хочешь, проверим? Молодой человек! – снова закричала она.

Татьяна поморщилась.

– Что ж ты как труба иерихонская…

– Ничего, зато он примчится быстро. Они тут все такие неторопливые, надо подгонять.