Без сахара

Но на риторике я стараюсь быть невидимкой. Сажусь с краю, смотрю в стол, не издаю ни звука.

Пока все рассаживаются и готовятся к занятию, у меня есть минутка быстренько измерить свой сахар. Перед лекцией я этого не сделала, но ждать еще полтора часа я тоже не хочу. Надо проверить, как прошел завтрак и моя прогулка до университета.

Я уже научилась пользоваться глюкометром быстро и незаметно, под партой. Только Юля мельком на меня глянула, а остальные ничего не заметили. 6,2. Отлично, можно спокойно заниматься.

– Итак, на прошлом занятии мы обговорили основные принципы публичного выступления.

Сегодня от теории перейдем к практике.

Ой, нет. Пожалуйста, только не вызывай меня. Только не меня.

– Вам нужно выйти и рассказать историю. Любую. На свободную тему. Про книгу, про друзей, про домашних животных, мне все равно. Никакой подготовки, только импровизация. Помните о том, о чем мы говорили вчера.

Он открыл журнал, чтобы выбрать фамилию. Все затаили дыхание. Никто не хотел выходить.

– Журавлев.

Прошу, – он жестом пригласил Колю к доске. Коля обреченно пошел к Армену.

Армен молча сел. Больше от него мы не услышим ни слова, пока Коля не закончит свою историю. Хорошо, что он выбрал не меня. Меня и так уже всю трясет от одной только мысли – стоять там под оглушающее, пугающее молчание, под взглядом сорока однокурсников. Коля держался неплохо, голос у него был низкий, глубокий. Его хорошо было слышно даже в самом конце аудитории.

– Кхм. В общем, история о школе, – он сделал глубокий вдох, голос немного дрожал, но он старался выглядеть уверенно.

Армен все так же спокойно сидел, не шевелясь, глядя вдаль. – Однажды мы с друзьями-одноклассниками решили поехать в другой город. Прогулять уроки… Дело было зимой. Мороз, все дела. В общем, сели мы на автобус…

История была скучной. Они там заблудились, замерзли, по дороге домой сели не на тот автобус, были очень голодные, опоздали домой, и их ругали учителя и родители. Ничего необычного.

Коля несколько раз путался в повествовании, давал много ненужных деталей, возвращался к предыдущему событию, забыв что-то добавить, хотя и так все было предельно ясно.

Следить за его мыслью было сложновато.

– Очень хорошо, – сказал Армен, вставая со стула, – учитывая, что это было без подготовки, неплохо. Но если бы эта речь готовилась заранее, то претензий было бы много. Кто может назвать ошибки?

Все молчат. Никто не хочет критиковать своего однокурсника. Я бы не хотела, чтобы мою речь критиковали.