Потому что я – отец

Я обращал его внимание на важное: предохраняйся, никогда не добивайся желаемого силой и не бойся прийти с проблемами ко мне или к матери. Когда всё закончилось, я бросил в стиральную машину мокрую футболку и улёгся перед телевизором, намекая домашним на бескомпромиссное желание побыть одному.

К таким диалогам готовишься заранее – беседа в любой момент может пойти не по плану. Про алкоголь мы говорили ещё до того, как он пережил все прелести интоксикации. Но ведь самое интересное происходит, когда юноша вваливается первый раз в хламину пьяным домой.

Единственное, что имеет смысл, – перенести разговор на следующее утро, а это непросто.

Три часа ночи. Мобильный выключен. Жена не спит, я дремлю, а когда просыпаюсь говорю: «Ничего страшного, дело молодое». Дверь открылась, показалось тело, жена начала с предсказуемого и бесполезного «Ты пьян?», комично переборщив с удивлением. Я ещё не вышел в коридор, а она уже учила парня жизни. Успел сказать примирительно «Дружище», мелкий посмотрел мимо меня затуманенным взором.

Качаясь, направился в комнату, чуть не упал. С трудом выровнял баланс, и тут же его стошнило на пол.

Я в бешенстве. Хотел проораться, но очнулся, воплей жены достаточно. Увёл её в комнату, сын быстро умылся в ванной и просочился к себе. Предложить ему помыть пол за собой? Бесполезно в этот момент. Хуже только оставить до утра. Убедившись, что каждый лёг, убрал непотребство в коридоре.

Мы поговорили утром.

Он с больной головой, я с холодной. Проповедь мне показалась унылой, слушателю лицемерной.

– Пап, всё, что ты говоришь, это, конечно, хорошо. Спасибо, что не ругаешь, хоть я вас и подвёл… Но ты же трезвенник. Не верю, что ты не осуждаешь меня.

– Если я не пью последние пятнадцать лет – это не значит, что не имею понятия об употреблении алкоголя.

– И что? Сильно пьянствовал в молодости?

– Поверь, достаточно.

– Почему бросил?

– Если не можешь исправить случившееся, покончи с тем, что стало причиной…

– Что же ты натворил?

– Не сегодня.

И, кстати, ты никого не подвёл.

Драться он не любил, кривился при упоминании груши с перчатками. Да и жена запретила бокс. Кое-что я всё-таки показал и объяснил – детский пацифизм не снимает с отца обязанность научить своего ребёнка защищаться. Но, как и в случае с алкоголем, подготовительный этап не спасает от сложных разговоров в будущем.