Проститься

Я даже однажды на физкультуре прибежал первым из всего класса. Ведь обычно во всех соревнованиях у нас побеждал Юрка. Он был баскетболистом в самой настоящей команде, и спортивная форма была у него что надо. И я тогда его победил!!! Это был мой успех! Самый настоящий успех! И все благодаря лыжным прогулкам с папой. А было это в пятом или шестом классе».

Крылья

Артем решил пойти пешком, чтобы немного отойти от разговора с родителями и подумать, как это все подать своей жене Лане. Артему было волнительно, как она отреагирует, поддержит ли его в выборе самостоятельного пути, в решении открыть собственный бизнес.

А может быть устроит скандал: как он смог без предварительного разговора с ней принять такое решение. Ведь в это время Лана совсем недавно родила вторую дочку.

Вечером Артем подошел к жене, когда та уложила обеих дочек спать и шепотом сказал:

– Надо поговорить. Пойдем на кухню.

Лана, шатенка, молодая женщина двадцати пяти лет, с красивыми чертами лица, не торопясь, бережно укрыла одеялом старшую дочь, убрала лишние вещи по шкафам и пришла на кухню.

Артем сидел в задумчивости, перед ним стояла нетронутая рюмка водки. Он сразу уверенным голосом начал:

– Лан! Скажи мне, сколько времени ты могла бы прожить на хлебе и воде? – и заглянул в глаза жене.

Он ждал, что она начнет его расспрашивать, «что случилось?», «почему ты задаешь эти вопросы?», «почему только на хлебе и воде?» и еще какую-нибудь чушь.

Но она посмотрела в ждущие глаза Артема и очень спокойно и почти без раздумий решительно ответила:

– Года полтора смогу.

Так просто ответила. Так коротко. Так тихо и спокойно… Артем ничего не сказал, но этот ответ словно дал ему крылья. Он как будто почувствовал, как энергия наполняет его. Как тело становится живым и упругим. Как голова становится легкой и ясной. Он готов был даже услышать «три-четыре месяца», а тут целых «полтора года»!

Переполняющая энергия не давала Артему уснуть этой ночью. Он думал о том, какую замечательную и понимающую жену дала ему судьба.

Он радовался и своей обретенной наконец-то свободе. И что завтра не надо будет идти на работу к этому директору-«сказочнику», который только и делает, что обещает и обещает «золотые горы», а их все нет. Радовался и тому, какая у него замечательная семья, какие славные родители, тесть с тещей, какие прекрасные дочки. Одной уже было пять лет, другой – всего пять месяцев. Несколько раз ночью он вскакивал и ходил по комнате.