Любовь до белого каления

Только что все было бирюзово-голубым, и вот уже солнце проглочено свинцовой чернотой, а по темечку бьют первые капли.

– Да красавчик этот, блондинчик, – передернула плечами Юля. – Вот видишь, они же никому не представились даже. Как будто заранее знали, что незачем знакомиться: все равно всех на улицу.

Определение «блондинчик» Татьяне решительно не понравилось. Зато теперь у предмета обожания появилось имя – Семен Сергеевич.

– Представляешь, – сбивчиво зашептала секретарша, – я сегодня специально оделась, чтобы в грязь лицом не ударить.

Я понравиться хотела. Ясно же, чего им всем от меня надо.

В подтверждение своих слов она выскочила из-за стола, чтобы предъявить Татьяне наряд.

– Ой, мамочки, – не удержалась Таня. Все было очаровательно, если не считать, что вместо юбки хорошенькие ножки торчали прямо из микроскопических шортиков, больше похожих на трусы. Зато сверху эту эротическую фантазию прикрывал пиджак.

Из дальнейшего рассказа выяснилось следующее: новому начальству от юной секретарши надо было вовсе не то, что требовалось старому.

Более того, девочку смертельно обидели, не отреагировав на ее прелести, предъявленные для обозрения. А Юлечкин намек, что она готова выполнять «любые, даже самые неприличные поручения», напоролся на глухую стену непонимания.

– В приличном месте неприличных поручений не бывает, – сухо сообщил уже бывший начальник. – Вечером получите расчет.

– Вот так вот! – завершила повествование Юлечка. – Никакой благодарности! Под зад ногой, и катитесь, барышня, колбаской!

– Погоди, – весьма бестактно перебила ее Татьяна, – так уволили только тебя?

– Не радуйся.

Они велели, чтобы все приходящие заходили к ним. Видать, вчера не набеседовались! – в сердцах мотнула головой девушка. – Так вот, из пришедших пока только Гришу с Кириллом оставили. У них продажи хорошие, видишь ли. А у нас тут не рынок, чтобы по продажам о человеке судить! Да, не продаю я их паршивое оборудование, зато у меня есть моральные ценности и кое-что поважнее. Хотя, может, у них с потенцией проблемы.

Утешив себя этим немудреным предположением, Юлечка шмыгнула уже веселее.

Татьяна снова ощутила отвратительную вибрацию внутренних органов, но ноги ее еще держали.

Решительно рванув на себя дверь, она постучала, одновременно входя в кабинет.

– Вызывали? – это единственное, что она успела сказать до того, как Семен Сергеевич, радостно потирая руки, направился в ее сторону.

От него пахло терпкой туалетной водой.