Поцелуй с разбега!

Их оказалось слишком много, и они грозили превысить критическую массу, прорвав плотину ее терпения.

– Если испачкает костюм, я куплю тебе новый.

Дело было не в костюме, но вряд ли Володя это понимал. Устало вздохнув, Верочка встала, а испанец остался сидеть, пялясь на ее коленки. Вера раздраженно дернула ножкой:

– Мы идем танцевать?

Вместо ответа Марко погладил ее по бедру и встал. Его макушка оказалась прямо под Верочкиным носом. Сверху Марко выглядел еще комичнее: похожий на детскую клизму нос прикрывали лохматые брови, а по бокам смешно топорщились сизые уши.

«Хоббит толстопузый», – эта мысль ненадолго развеселила девушку, старательно пытавшуюся избавиться от горького чувства унижения. Ей казалось, что сейчас ее используют, как одноразовую салфетку, которой Марко только что вытер свои жирные лапы. Это, конечно, была чрезмерная мнительность, но избавиться от ощущения горечи оказалось трудно.

Однако дальше события развивались самым удивительным образом.

Когда Марко от души наплясался, заказав для полноты программы даже ламбаду и заставив Верочку бегать с ним паровозиком, оказалось, что Володя ушел. Когда он был рядом, Вера хотя бы не чувствовала себя, как нудист на Красной площади. Не успела она подумать, что, возможно, любимый удалился припудрить носик, как на столе недовольно заворочался мобильный телефон.

– Верунь, у нас форсмажор! – проорал Володя, разрушив ее последнюю надежду на спасение.

 – Что-то в офисе, с охраны звонили! Счет я оплатил, машину нашел, вишневая «Вольво» перед входом. Водитель отвезет вас в гостиницу, поселишь Марко, а я подъеду.

На этом непонятном указании разговор оборвался. Куда он подъедет, и главное, где она должна ждать шефа, ведь не в номере же у этого неуправляемого бабника?

– За знакомство. – Испанец радостно боднул своим фужером Верочкин бокал. – Чтобы все!

Вера машинально глотнула, соображая, как отказываться от возможного «брудершафта».

– У тебя осталось. Надо брататься, – словно прочитал ее мысли гость, свернув толстые губы во влажно блестевшую трубочку.

Вера схватила вино и торопливо допила.

– Все, – развела она руками и тут же сообразила, что сейчас ей могут налить еще.

Но Марко радостно хихикнул и показал девушке козу. Верочке вдруг стало смешно: толстяк был милым и наивным дядькой, видимо, недолюбленным на родине.