Поцелуй с разбега!

Она чувствовала себя воздушным шариком, который несло невесть куда: траектория полета непредсказуема, а внутри – оглушительная пустота.

Девушка оделась и, покачиваясь от слабости, пошла бродить по коридору.

Первым живым человеком, который вышел ей навстречу, оказался щуплый узкоглазый мужчина. Он бодро семенил по ковровой дорожке, энергично перебирая маленькими ботиночками и уважительно разглядывая Верины ноги.

– Извините, – голос вдруг осип и слова хриплым клекотом застревали в горле, – как мне отсюда выйти?

Абориген что-то приветливо забормотал на неизвестном языке.

Судя по интонациям, он был либо японцем, либо китайцем. Мужчина размахивал руками и выстреливал длинными гортанными фразами, адресуясь к Вериным голым коленкам. Она тоже посмотрела на свои ноги и равнодушно констатировала, что кожа, покрывшаяся мурашками, довольно дико смотрится в сочетании с зимними сапожками и дубленкой. Японец тем временем начал семафорить, указывая куда-то ей за спину и изображая короткими пальцами парный поход.

– Мамочки, да меня же за границу вывезли, – вдруг осенило Веру. – В бордель!

Эта мысль почти физически ударила девушку, оглушив и парализовав. Она медленно осела на пол и отключилась.

… – Да я бы выкинул эту шалаву на улицу, а вдруг япошка спросит. Он же почетный гость, как-никак! Вот зараза на мою голову! Что она на этаже делала? Максимыч, дай ей по роже, может, в себя придет?!

– Неудобно, – пробубнил совсем рядом низкий голос, и Верочку обдало запахом терпкого табака.

– Неудобно с голым задом по приличному отелю шляться! Тоже мне – эксгибиционистка! Красивая баба, а совести – ноль! Нет бы дома сидеть, детишек рожать, котлеты жарить, так нет! Денег им всем хочется.

Говорил он очень прочувствованно, видимо, о чем-то своем, наболевшем.

И вдруг на Веру обрушились воспоминания все сразу, оптом: уход Вовы, Марко, внезапно ставший симпатичным, заселение в гостиницу, а потом…

У Веры запылали щеки, и она резко вскочила, открывая глаза.

Открыть их до конца девушка не успела, сильно и гулко стукнувшись обо что-то лбом.

– … …! – жалобно завопил кто-то прямо у нее над плечом.

Верочка осторожно приоткрыла один глаз: держась за челюсть, рядом с ней сидел крепкий седой мужик в костюме, который смотрелся на нем, как седло на корове.

– Вот кобыла! – гаркнул еще кто-то невидимый, но явно раздраженный ее присутствием.