Пышка с характером

– Так давай, дерзай! – Мама рассматривала ушибленный локоть.

– Чего приготовить-то? – грустно спросила Маруся.

– Что хочешь, – усмехнулась мама и ушла в комнату.

Глава 2

Маруся не знала, что приготовить, поскольку кулинарный опыт у нее был минимальный: макароны, яичница, вареная картошка. Посмотрев на продукты в холодильнике, она повеселела. Из имевшегося набора можно сделать бутерброды. Порезав хлеб, Маруся порубала колбасу и сыр. Помня, что кусочки должны быть тонкими, она попыталась нарезать их красиво, но колбаса состругивалась неровными ошметками, а сыр прилипал к ножу и мялся.

Что ж, толстые куски вкуснее. Масло на бутерброды не мазалось, и Маруся тоже порезала его кусочками. Мамины бутерброды выглядели иначе. Она даже не ожидала, что приготовление сандвичей такой сложный и трудоемкий процесс.

«Для первого раза не так уж плохо», – подумала Маруся, украшая кособокие сооружения из продуктов кусочками помидоров и огурцов.

С огурцами все оказалось просто, а с томатами возникла заминка.

Резались они криво, сок немедленно вытекал, и аккуратный круглый овощ на глазах превращался в бесформенную кашу. Заляпав весь стол, Маруся наконец закончила создание кулинарных шедевров.

Валентина Макаровна решила, что для дела будет полезнее наступить на собственную гордость, и, перестав дуться, вышла на кухню. На красивом хрустальном блюде высилось нечто. Соседка по даче, державшая свиней, обычно высыпала им в корыто именно такие неопознанные куски пищи.

Необычайно гордая Мариша стояла рядом и победоносно смотрела на мать.

– Ну как?

– Что «как»? – в замешательстве воскликнула Валентина Макаровна. Она сразу поняла, о чем речь, но не сообразила, как реагировать. Уж больно жутко смотрелось месиво на блюде.

– Я стол накрыла, – пояснила Маруся.

Едва мама открыла рот, чтобы предложить свою помощь, заверещал дверной звонок.

– Ох, – побледнела новоявленная невеста, – это он!

– Это он, это он, ленинградский почтальон, – продекламировала Валентина Макаровна, двинувшись в коридор.

Маруся струсила и побежала в свою комнату. Мама вернулась, молча цепко схватила ее за руку и потащила к дверям.

– Откроешь сама, – прошептала она, – я потом выйду, чтобы кавалера не смущать.

Разумеется, Валентина Макаровна прекрасно понимала, что сцена сейчас разыграется отнюдь не романтическая. Реакция мужа, к жене которого приходила молодая любовница, была вполне предсказуемой.