Забыть не могу

 – У тебя кликуха на районе «чмо ходячее».

– Думаешь, меня это волнует?

– Меня это волнует! Если ты чмо, то и я – чмо! – он ткнул Ивана пальцем в грудь. – Тебе понятно?

– Это твои разборки!

– Нет, это наши разборки! И ты мне поможешь.

* * *

Рост прислал ему адрес и велел быть на месте к полуночи. Старые кирпичные пятиэтажки с бетонными крылечками, ведущими в темные подъезды. Освещения почти никакого, лишь пара-тройка фонарей. Круглосуточный магазинчик ютился в подвальном помещении, с торца. Иван сидел на лавке возле дома напротив и наблюдал за входом.

За это время туда заходила компания парней сомнительного вида, да старуха с авоськой из ближайшего подъезда.

Рост опаздывал. Иван судорожно сжал в замок руки и выстукивал истеричный ритм каблуками по асфальту. Вот и он докатился… Что сказал бы отец? Насчет брата он бы вряд ли удивился, а вот Иван «не такой», «подавал надежды». Вообще-то, отец часто бывал неправ, и наверняка именно назло ему Рост стал тем, кем он стал, «непутёвым». Отец был строг, но Ивана любил, и даже баловал – супермощный игровой комп, айфон, стереосистема, модные шмотки… Брату же доставались затрещины и претензии: «учишься плохо», «дружишь не с теми», «ведешь себя вызывающе».

Иван раньше не думал об этом, ведь они с Ростом вполне сносно уживались. Если тому что-то требовалось из его вещей, он всегда мог попросить, Иван никогда не отказывал. Теперь-то он понимал, что все-таки это были его вещи, а Росту слишком часто приходилось просить. Иван только недавно понял, что их с братом разделили с самого начала. Они были целым, а родители растащили их каждый в свою сторону.

Но отца больше нет, зато есть брат – родной человек, который, кажется, не переставал его любить, несмотря на несправедливость. Они всего лишь поменялись местами, и теперь очередь Ивана терпеть. Он должен смириться, принять новую реальность, перестать корчить из себя «правильного мальчика». Правильные живут с любящими родителями, хорошо одеваются и имеют планы на будущее.

А ему таким не быть – значит, быть как брат. В его жизни теперь мать – алкоголичка и потаскуха, ее хахаль – бывший зек Семён, барыга Лысый, босота с района… Другого не дано и выбора нет. Нужно приспосабливаться, вливаться, становиться кем-то, кого будут «уважать», как Роста.

«Это я – чмо ходячее?» – думал Иван, чувствуя, как над губой собираются капельки пота. Он вспоминал бычьи взгляды и кривые ухмылки босоты с района. Эти пацаны, казалось, и читать-то не умеют.