Полёт шмеля в условиях полярной ночи. Сборник рассказов

И конечно, работать с таким документом полагалось в специально отведённом помещении, а не вылезать на верхнюю палубу малого противолодочного корабля. Но всё живое тянется к редкому заполярному солнцу, выползая из своих щелей. И, в тот августовский день, сладко щурясь, выполз, и Митя.

Откровенно говоря, чайка, волнующая романтические натуры, силуэт которой изображён, даже, на занавесе знаменитого театра, на самом деле птица дрянная.

А баклан, на бреющем полёте какнувший в секретную схему, вообще был полным гнусом.

И, похоже, имел проблемы с пищеварением. Но бомбистом , он оказался отменным, и документ восстановлению не подлежал.

В секретную часть, Митя бежал, словно надеясь, что там его успокоят и даже удивятся, из-за чего собственно, он так разволновался.

На причале, Апухтин чуть не сбил с ног офицера в морской форме, но с красными просветами на погонах.

Товарищ майор только улыбнулся, и даже поинтересовался, что случилось и может ли он чем-нибудь помочь. Старший офицер, пребывал в прекрасном расположении духа, по случаю великолепного солнечного дня и скорого возвращения к столичной жизни.

Его глаза светились участием и ироничными искорками.

Митя был в смятении и нуждался в сочувствии. И он поведал о своей беде, экспрессивно упомянув процесс оплодотворения летающих тварей.

Эх, лучше бы товарищ майор был менее интеллигентен. И даже писал собственное звание через букву «ё». Такой майор не стал бы вести светские беседы с лейтенантом, у которого всклоченные волосы гармонировали с безумными глазами.

Он привёл бы в чувство младшего офицера, какой-нибудь короткой, но ёмкой фразой, и отправился бы по своим делам.

Заинтересованность этого же, собеседника, была профессиональной. Товарищ майор стоял на страже наших секретов от их лазутчиков.

Обкаканная и порванная секретная схема прибора могла компенсировать отсутствие шпионов на острове Шалим. Тревожное донесение товарища майора в центр, создавало ощущение предотвращённой диверсии.

Вчера вечером, когда тральщик, с инспекцией на борту, отчалил, комбриг поднял вверх, в характерном жесте, согнутую в локте руку, и буркнул начальнику штаба дивизиона:

– Вот твоя академия, Вася!

Погода на Севере переменчива, как судьба.

Ещё пару часов назад было солнечно, а сейчас задул пронизывающий ветер, нагнал туч, и из жизни ушла, согревающая душу, мечта. С серой осенней хмарью, осталась только суровая действительность.

Конец ознакомительного фрагмента.