Женить нельзя помиловать

Тут, скорее, мог находиться какой-нибудь мини-обруч или вообще хомут. А что, в такую коробищу и надувной бассейн в сложенном виде вполне можно засунуть. А если там эротическое бельё? Константин же выбирал, старался, нельзя за это по морде бить и продолжать строить из себя институтку. А если не бить, то что? Надевать это бельё, что ли? Так тогда она уже не институтка будет, а нечто похуже. И в рифму.

Судорожно выдохнув, девушка зажмурилась и сняла круглую крышку. Первое, что она успела заметить – плотное брюшко какого-то насекомого с шевелящимися конечностями.

Именно тогда здание и содрогнулось от её душераздирающего вопля.

Константин Николаевич вывалился из приёмной с круглыми, как у филиппинского долгопята, глазами. С первого же взгляда на секретаря стало ясно, что сюрприз доставлен.

Как там писали в Интернете – эмоция, которая возникает на неожиданный стимул? Эмоция у Леночки была о-го-го. Хорошо, что предмет обожания вообще не отбросил свои стройные копытца.

Дело в том, что Константин Николаевич посчитал самым подходящим сюрпризом коробку с бабочками.

При этом он весьма опрометчиво заказал самых дорогих и побольше, совершенно не подумав, что чем крупнее бабочка, тем толще у неё брюшко и тем длиннее устрашающие усики. Стоило ещё учесть, что бабочки слегка подмёрзли и не выпорхнули весёлым салютом в разные стороны, а тяжело, как обожравшиеся голуби, разлетелись на расстояние полуметра от очумевшей барышни. Одна из них, жирная и яркая, как цыганский платок, вяло ползла по Леночкиной белоснежной блузке.

Несчастная секретарша, одним прыжком взметнувшаяся от расползшегося по её столу великолепия на подоконник, стояла, уцепившись за жалюзи, и уже не орала, а тихо подвывала.

– Ах ты ж ё… – прошептал Мануров и бросился к трясущейся в панике секретарше. Он быстро сграбастал абсолютно не сопротивлявшуюся девушку, отцепил от неё здоровенную бабочку и уволок Леночку в свой кабинет. Там он сначала бросился к бару, чтобы налить ей успокоительного, но Леночка синими губами прошептала:

– Дверь!

И дрожащей лапкой махнула в сторону входа.

Видимо, боялась, что тропические чудовища устремятся за нею следом.

Константин послушно захлопнул дверь и щедро плеснул в стакан виски. Лена выпила предложенное залпом, едва не откусив край стакана.

– Однако, – пробормотал Мануров, аккуратно разогнув её пальчики и вернув стеклотару на место. – Я смотрю, вы бабочек-то не особо любите.