Возрождённые тишиной. Свернуть к себе

Но она прощала.

Татьяна подошла к дому. За стремительным бегом мыслей путь пролетел незаметно. Неумолимые стрелки показывали три. Прошло целых два часа. Моросящий дождь женщина заметила только, когда доставала ключи – сумка была мокрой.

Привычный кивок консьержке. Треснутое зеркало в лифте отразило намокшие волосы. «Да, – вздохнула Таня. – Я его понимаю».

Квартира не обрадовалась хозяйке. Здесь встретила пустота. Вещей стояло много, но вокруг не чувствовалось жизни и радости. Всё лежало строго на своих местах.

Татьяна прошла прямиком в ванну. Душ и тёплый халат не принесли облегчения.

Дети, став взрослыми, теперь лишь изредка навещали родителей. С момента их ухода в доме поселилась тишина, которую нарушал только очередной скандал.

«Зачем я живу с ним? – размышляла Татьяна на кухне. – Он уже и не скрывается».

Слёзы не заканчивались. Сегодняшняя встреча никак не шла из головы. Перед глазами стоял Вадим в обнимку с длинноногой красоткой.

Татьяна подошла к зеркалу:

– Старуха! Страшилище! Уродина!

Слово за слово она втаптывала себя в грязь. А сердце разрывалось от боли. Ни есть, ни пить не хотелось. Татьяна бросила чашку в раковину и подошла к шкафу. Одним махом вещи полетели на пол.

Она начала перебирать одежду и события жизни. Собираясь с мыслями, она уложила чемодан. Решимость наполнила её. Крышка с шумом захлопнулась.

Всё! Пора положить этому конец. Двадцать пять лет не стоили её терпения.

– Мне не страшно остаться одной, – прошептала пожилая женщина. – Я боюсь умереть здесь в тишине.

Она умылась и подкрасила глаза. На кухне загремела посуда, зашумела вода. Звуки нехитрой песенки разнеслись по квартире. Дом удивлённо прислушался.

Ужин стыл на плите. Таня сидела и постукивала ногтями по столу. Девять… Десять… Одиннадцать… Он даже не позвонил. Набирать первой не хотелось. Телефон лежал рядом. Женщина брала его каждые пять минут – вдруг пропустила вызов.

Хлопнула дверь. Татьяна вздрогнула. Спина напряглась. В прихожей послышалось бурчание. Возле кухни мужчина встал, как вкопанный. За столом сидела жена. Это не входило в ритуал семейной жизни. Вадима охватило смущение – он явно не стремился к общению, поэтому решил пройти мимо, но ровный голос остановил его.

– Ты готов?

– К чему?

– К разговору… Откровенному разговору…

Она встала и посмотрела на мужа.