Небесный странник

Он всегда говорил, что наша сила – в единстве народа. И я думаю, он был прав. Поэтому, имея глубокое уважение к мнению отца, я воюю на стороне красных. Простите за скупость, мне больше нечего добавить.

– Скажи, Рэй, а ты вспомнил что-нибудь из прошлого? – поинтересовался Вейн, и все как назло уставились на меня. Чтобы не вызывать подозрений, я произнёс:

– Да, на днях кое-что всплыло в моей памяти… – все ещё дружнее притаились, только свистящий ветер и топот копыт нарушали царящее безмолвие – Я помню мать, у неё были глаза цвета сапфира, очень редкие.

Но сам я пошёл в отца, он тоже был темноволосый и кареглазый… Я помню, как она погибла на моих руках. Её ранили без шансов на спасение. Я очень долго плакал, больше, чем когда-либо в жизни. Это был человек, который меня любил и понимал больше остальных. Ей я мог доверить самое дорогое. И война, проклятая война… она лишила меня её. Мы с отцом остались одни, а дальше всё пошло своим чередом, приведя меня к звёздам…

Тут я понял, что взболтнул лишнего.

– Каким звёздам? – спросил Кан.

– Это образное выражение, – выкрутился я, – означает желание достигнуть своей мечты.

Несмотря на всю сказанную несуразицу, этот ответ, казалось, всех удовлетворил.

– И что дальше? – спросил Кан настороженно.

– И всё, дальше вы, а потом Эскон.

– О какой войне ты говоришь, Рэй?

– Я не знаю, просто помню отрывки, и больше ничего.

– Его мать террианка, – сказал Сай, – у них глаза синие. Речь скорее всего идёт о Великой войне.

– А отец – марконарий, – предположил Вейн.

– Только как ты оказался в том странном костюме? – спросил Кан.

– Каком костюме? – поинтересовался Вейн, и все следом за ним.

– Я не знаю, – ответил я сокрушённо, – если бы я знал, то точно сказал бы вам.

Кан решил перевести тему:

– Ладно, пусть это пока останется загадкой. Ты ещё не передумал насчёт своего принципа?

– Я не убиваю людей… – сказал я в сотый раз.

– Но ты же стрелок.

– Меня это не волнует.

– Даже если от этого будут зависеть наши жизни? – вкрадчиво спросил Кан.

– Если будет угроза для вас, может быть, и выстрелю. В руки или ноги.

– Ничего, привыкнешь, – сказал Кан, – все привыкают. У нас ещё столько миссий впереди. Из тебя выйдет отличный боец, Рэй. Поверь моему слову.

Ах, Кан, наивный малый, – подумал я, – ведь ты ещё не знаешь всего, что происходит. И меня ты тоже не знаешь, хотя тешишь себя мнимыми надеждами, что сможешь предугадать мои планы.