Моё сердце выбрало тебя

Боюсь, что с его чрезмерно требовательным характером, с ним никто не сработается.

– Скорее всего, но его не переделать. А личная жизнь?

– Молчит, как партизан. Ты же знаешь, он красив и наверняка женщины вьются возле него, вот только его замороженное сердце вряд ли удастся кому-нибудь растопить. Я переживаю, как бы он не остался в итоге своего жизненного пути совсем один.

– Мамочка, ему только исполнилось двадцать семь лет, и для мужчины это не возраст. У него вся жизнь впереди.

– Может ты и права.

Ты извини меня, я не уточнила у тебя сразу, – Ангелина смущённо посмотрела на дочь. – Я постелила вам с Георгом в разных спальнях, а вы, возможно…

Лиза улыбнулась.

– Нет, мамочка, ты сделала абсолютно правильно.

Ангелина внимательно посмотрела на дочь.

– И что означает ваш совместный приезд, и та нежность, что очевидно присутствует между вами? Я успела заметить ваши взгляды и прикосновения друг к другу.

– Мама, я люблю его.

Ангелина медленно обернулась и отложила нож на разделочную доску.

– Любишь? – спросила она у дочери несколько удивлённо.

– Люблю, как никого и никогда ещё не любила.

Ангелина подошла ближе к столу, и присела рядом с дочерью, пристально всматриваясь в её лицо.

– Но почему именно он? Ведь ты никогда не проявляла повышенного интереса к братьям Азарян, скорее, напротив.

– Всё произошло независимо от нас обоих, и я при всём своём желании, не смогла бы тебе сейчас объяснить, как это случилось. Как, и в какой момент, мы с ним поняли, что между нами всё изменилось.

Я не знаю, как всё сложится дальше. Просто сейчас я понимаю только одно, моего будущего нет без Георга.

– Феликс знает о ваших отношениях?

– Да, и очень доволен, что мы вместе.

– Это всегда было его мечтой, – Ангелина задумалась. – Он всегда хотел, чтобы ты вошла в его семью и стала женой одного из его сыновей.

– Мама, можно у тебя спросить? – Лиза внимательно посмотрела на Ангелину.

– Эй, девчонки, вы на кухне? – раздался в столовой громкий голос хозяина дома.

– Да, мы здесь, – ответила Ангелина, снова возвращаясь к плите.

– Вообще-то мужчины проголодались, и неплохо было бы их накормить, не так ли? – он похлопал по плечу появившегося вслед за ним на пороге комнаты Георга.

– У меня всё готово. Лиза, ставь тарелки и раскладывай приборы на столе, – обратилась Ангелина к дочери.

Елизавета подскочила на ноги и принялась стремительно накрывать на стол.