История своей судьбы

– И что произошло?

– Кассир и охранник разозлились на меня, что я набрала много продуктов, за которые не могу заплатить. Я стала им объяснять. Но они сказали, что я задерживаю очередь, и говорить они со мной не желают. Но я ведь всего лишь пыталась им объяснить и попросить их подождать. Я сказала, что привезу деньги чуть позже.

– И что произошло дальше?

– Охранник кричал на меня, и говорил, что тут, таких как я, каждый день ходят тысячи, желающих что-нибудь украсть в магазине, и он не обязан платить за каждого.

Павел сжал ладони в кулаки и посмотрел на дочь серьёзным взглядом.

– Лиза, господи. Ну почему ты меня не послушалась? Я ведь просил тебя никуда не ездить без меня. Ты пока плохо ориентируешься самостоятельно. Ты плохо знаешь эту жизнь. Я понимаю, бабушка опекала тебя и делала всё сама. И ты наивно полагала, что все люди добры и отзывчивы, и кто-то тебе придёт на помощь. Но девочка моя, это не так, понимаешь?

Он погладил её по голове.

– Ты прав. Мне никто не захотел помогать.

Павел сгрёб в охапку дочь и прижал её к себе.

– Глупышка, ты моя. Ну, зачем они были тебе нужны эти продукты? Оставила бы их на кассе и ушла домой.

– Я хотела приготовить для тебя вкусный ужин.

Он крепко прижал её к себе, целуя в волосы.

– Маленький ты мой, наивный птенец. Обошёлся бы я без этого ужина. Кстати, об ужине.

Он слегка отстранил её от себя.

– И как же тебе удалось его приготовить, если тебе не хватило денег на продукты?

Лиза хитро заулыбалась.

– Ты говорил, что нет добрых и отзывчивых людей, а она оказалась очень доброй, как волшебная фея, и помогла мне.

– Кто она?

– Женщина, которая заплатила за меня на кассе и потом привезла меня ещё и домой.

– Правда? Ну что ж, тогда я просто обязан поблагодарить эту женщину за помощь.

– Видел бы ты, как она заступилась за меня перед охранником. Она с ним ругалась.

– Правда?

– Да, представляешь, даже не испугалась этого огромного и злого дядьку.

Павел рассмеялся.

– И кто же она такая – эта твоя спасительница? Ты спросила её имя?

Он поднялся на ноги и, подняв со стола, пустую тарелку, направился к мойке.

– Конечно, спросила. Её зовут Милана Ольховская.

Павел резко обернулся к дочери, и тарелка, выскользнув из его рук, со звоном ударилась о мраморный пол и разлетелась вдребезги.

– Как ты сказала?

– Папа, какой ты неловкий.