Времена года

Она почти машинально посмотрела на часы, потом пожала плечами, улыбнулась:

– Что ж, хорошо, только совсем ненадолго.

Они зашли в первое попавшееся кафе. Как по заказу, место оказалось удивительно уютным: небольшая кофейня, где стоял запах свежесмолотого кофе и выпечки; мебель с гнутыми ножками и светильники с абажурами, на стенах – потемневшие зеркала в рамах и старые фотографии. Рабочий день уже закончился, так что в зале было людно. На их удачу как раз освободился столик у окна и, не успели они сесть, как Марта ощутила себя словно в другом мире: за огромным, во всю стену, окном в начинающихся сумерках зажигались огни, куда-то шли люди, гудели автомобили; казалось, она наблюдает за прекрасным незнакомым городом из каюты корабля.

Видимо, что-то отразилось на её лице, потому что Марк произнёс:

– Интересно иногда вот так посмотреть со стороны на что-то привычное, правда? Порой я специально сажусь за столиком в кафе и наблюдаю за происходящим вокруг. В Париже столики стоят прямо на тротуаре… Вы были в Париже? Нет? Это, право же, большое упущение.

Удивительный город. Сколько в нём живу, исходил вдоль и поперёк, кажется, уже знаю каждый камень – и не перестаю ему удивляться. Эти белые дома с решетчатыми балконами, шелестящие платанами бульвары, бесчисленные кафе, цветочные лавочки и мосты, мосты… – непередаваемая атмосфера! Даже сложно сказать, что именно делает его столь прекрасным, но его очарование – бесспорно и упоительно. – Он улыбнулся. – Неспроста этот город всегда притягивал творческих людей.

– И вас?

Он в задумчивости кивнул несколько раз:

– И меня. Я сбежал туда в восемнадцать лет. Я знал, что мне придётся очень непросто, но даже в самые тяжелые минуты не сомневался в своём выборе. – Марк усмехнулся: – Видели бы вы, как я тогда жил!.. Каморка, носившая громкое название «квартира», куда едва помещались диван, крохотный стол и раковина с плитой, совмещала функции и гостиной, и кухни, и спальни – всего. Зато она была прямо у Люксембургского сада – чудесное место, насквозь парижское, даже сейчас оно почти не тронуто туристами.

Что ж, в юности, к счастью, легко переносить бытовые невзгоды, а энтузиазма мне было не занимать. Словом, оно того стоило.

– И вы добились именно того, чего хотели с самого начала?

– Я нашёл себя. – Пауза. – А вы? – Какая-то искорка мерцала в глубине его глаз.

Вопрос прозвучал совершенно неожиданно, повисло короткое молчание.