Глашатай

Но – выпил: зачем отрицать очевидное?..

– Я считаю, что надо оперировать, – подал голос ассистент. – Ведь есть шансы!

Стрельников не успел возразить – в смотровую вошли двое посторонних, в белых халатах, накинутых на форму, с развернутыми ксивами наготове. И заговорили одновременно:

– Кто хирург?

– Операция когда?

Стрельников резко повернулся:

– Вы, собственно, кто такие? С какой стати врываетесь в служебное помещение?

В общем-то, можно было не спрашивать: коллеги умирающего коррупционера; сейчас наверняка будут умолять сделать все возможное, спасти жизнь героя и борца, вспомнят про жену и детей товарища, возможно, предложат денег.

– Главное управление по борьбе с оргпреступностью, – отрапортовал первый. Второй кивнул.

– И что дальше? – поинтересовался Вадим.

– Можно с вами поговорить без свидетелей? – спросил первый. – Ведь это вы – хирург?

– Я хирург, – подтвердил Вадим. – Поговорить можно.

Ассистент, анестезиолог и медсестра дружно исчезли. Второй плотно закрыл за ними дверь, первый показал на тело:

– Скажите, шансы есть у него? Хотя бы минимальные?

– Один из ста, – уверенно соврал Стрельников. – И то вряд ли. Не вытащить уже вашего боевого друга. Так что – придется награждать посмертно.

Первый махнул рукой:

– Куда там – награждать! В наручники и в КПЗ – это вернее.

Вадим заинтересовался:

– А что так?

– Да его наши взяли, – пояснил первый.

– Надо же, – удовлетворенно ответил Стрельников, – и вам он нужен в качестве свидетеля, так?

– Ну, типа того, – отозвался первый. Второй – он так и стоял у двери на карауле – покивал головой, подтверждая.

Лучше поздно, чем никогда – но и это ничего не меняло. Стрельников как раз собирался сказать об этом, как вдруг второй спросил:

– А вы ведь – Стрельников, да?

– Ну, типа того, – нахмурился Вадим.

Второй вдруг разулыбался и заговорил – сбивчиво и горячо:

– Так это ж вы моего батю спасли! С того света… ну, вытащили… мать говорили – если бы не вы… Даже потом письмо про вас написала в здравоохранение. Говорят, вы кого угодно можете поставить на ноги, я сам слышал!

Первый встрепенулся:

– Так, может, все-таки попробуете, доктор? А?

Вадим молча посмотрел на этих двоих, потом глянул на часы.