Глашатай

Он попробовал зайти с другой стороны.

– Ладно, хорошо, давай к Умару послезавтра. А сегодня можно просто до Гудермеса доехать? Я там похожу, посмотрю, что как. С людьми поговорю. Или – до Курчалоя, туда даже лучше. Там и в гостиницу…

Ахмад вздохнул, посмотрел на Зимина с терпеливой жалостью матери, уговаривающей непослушного ребенка.

– Макс, слушай, какие в Курчалое тебе гостиницы? Там весь город – три километра в одну сторону и в другую столько, да еще рынок. И опасно к тому же, не надо тебе туда, зачем? Поехали в Махачкалу – поешь, отдохнешь там, то-се, а послезавтра с утра в Курчалой.

– Нет, Ахмад, мне работать надо, – твердо отозвался Зимин. – Отдыхать некогда, не для того приехал. Давай в Курчалой. Хотя бы до вечера я там побуду, потом поедем обратно. Или, давай так: ты езжай в Махачкалу, а я до Курчалоя сам как-нибудь доберусь. Ты мне только стоянку такси покажи…

Ахмад уже готов был вспылить – надо же быть таким ослом, элементарных вещей не понимает совсем! Но фраза про такси обезоружила.

Что будешь делать с этим щенком – такси ему до Курчалоя! Да спасибо скажи, если просто довезут, не разденут-не разуют. А то доедешь ты, да, до первого блокпоста, а там федералы остановят – и будешь с ними разговаривать. А не федералы – так могут и похуже кто. Ведет себя так, как будто в Москве – гостиницу ему, стоянку, то-се…

– Макс, не надо в Курчалой. Тебе же нужен человек, чтобы там про Умара рассказал, так, про дочку его, правильно?

– Ну, – подозрительно отозвался Зимин.

– Ну и ну. Не будут в Курчалое говорить. Там дай Аллах, чтобы Умар сам согласился дверь открыть. Короче, слушай. Едем в горы, тут не сильно далеко. Отвезу тебя к суфию, Магомеду-афанди. Он и Умара помнит, и отца его знал, и брата. Он тебе расскажет, что нужно.

– Что еще за суфий? – поинтересовался журналист.

Ахмад покачал головой – мол, стыдно не знать про такое – и начал рассказывать.

Как понял Зимин за двадцать минут экскурса в историю и теорию ислама, суфийские шейхи – то же самое, что и дервиши в Турции, только круче.

Вроде святых. Противники ваххабизма. Молятся, принимают учеников, владеют сверхъестественными способностями – читают мысли, разговаривают с камнями и деревьями, помогают бросить курить. У каждого учителя – свои ученики, мюриды. К дагестанскому шейху приезжают из Москвы и Саудовской Аравии, и даже руководители республики наведываются.