Превращения. Иллюстрированное издание

И что же теперь делать? Следующий поезд отправляется в семь, и чтобы успеть к нему, ему придется лететь стремглав, но набор образцов еще не упакован, да и сам он не чувствует себя бодрым и энергичным. И даже если он успеет к поезду, ему не избежать головомойки от шефа, ведь курьер от торгового дома ожидал пятичасового поезда и давно доложил об опоздании Грегора. Курьер был ставленником шефа, человеком бесхарактерным и глуповатым. А может ему притвориться больным? Но это крайне неприятно и может показаться подозрительным, потому что за все свои пять лет службы Грегор ни разу не болел.

Шеф, естественно, приволок бы врача с больничной кассы, начал бы попрекать родителей из-за сына лодыря, отклоняя всяческие возражения и ссылаясь на этого доктора, считающего всех людей в мире абсолютно здоровыми и не желающими работать. Но разве в этом случае он был бы неправ? Если не брать во внимание сонливость, Грегор действительно чувствовал себя чудесно и даже невероятно проголодался.

Пока он спешно все это обдумывал, не решаясь выбраться из постели, – будильник как раз пробил без четверти семь, – в дверь у его изголовья осторожно постучали.

– Грегор, – послышалось (это была его мать), – уже без четверти семь. Неужели ты не собирался ехать?

Этот ласковый голос! Грегор испугался, услышав собственный отголосок: к его прежнему голосу добавился какой-то побочный, почти болезненный писк. Из-за него слова отчетливо прозвучали лишь в первое мгновение, а потом исказились отголоском настолько, что нельзя было с уверенностью сказать, уж не послышалось ли все это.

Грегор хотел подробно ответить и все объяснить, но учитывая обстоятельства, сказал только:

– Да, да, спасибо, мам, я уже встаю.

Наверное, благодаря деревянной двери, изменения в его голосе были незаметными снаружи, потому что после этих слов мать успокоилась и зашаркала прочь. Но этот короткий разговор привлек внимание других членов семьи к тому, что Грегор вопреки ожиданиям все еще находился дома, и вот уже в боковую дверь стучал отец – тихо, зато кулаком.

– Грегор! Грегор! – восклицал он. – Что случилось?

Но через мгновение позвал еще раз, понизив голос:

– Грегор! Грегор!

А за другой боковой дверью тихо и жалостливо причитала сестра:

– Грегор! Как ты себя чувствуешь? Тебе нужна помощь?

Отвечая всем вместе: «Я уже готов», – Грегор пытался правильным произношением и длинными паузами между словами очистить свой голос от странного звучания.