Близко, но далеко

Черно-белый снимок.

В университете Алан Черчесов, который в то время читал нам лекции по зарубежной литературе, на фразу одной из моих сокурсниц о том, что она ну никак не понимает Фолкнера, сказал следующее: «Фолкнера она не понимает. Конечно, это тебе не серфингом заниматься!» С тех пор, не знаю почему, серф ассоциировался у меня с легкостью. Эта иллюзия преследовала меня очень долго. И только прошлым летом я наконец понял, что Фолкнер – ничто по сравнению с доской и волнами.

Тогда я психанул и рванул в Португалию.

В Лагуш. Решил развеяться. Там полно серф-сквотов. Я выбрал Oh-Surf Джэса. У меня долго не получалось. Утром, за два дня до окончания последней тренировочной недели, когда мы загрузили наши неуклюжие «лонгборды» на крышу старенького лендровера, Джэс подошел ко мне и сказал:

– Расслабься, дружище! Не думай о том, что на тебя кто-то смотрит. Девчонки будут потом!

В тот день я скользил по волне всего-то секунд десять. Но это было по-настоящему.

Я любил даже мелочи. Ну, например, когда ты без задних ног ложишься спать и чувствуешь песок в трусах.

Как бы тщательно ни принимал чертов душ. И еще соленые плечи, после того как полдня валялся на пляже в ожидании прилива. Завтраки на досках, дурацкие заигрывания с местными девчонками, болтовня о музыке и шмотках.

Серферы, конечно, слишком любят волны. И иногда они как последние идиоты. Но мне нравятся люди, которые не боятся выглядеть идиотами в своей влюбленности. Это, по крайней мере, честно.

– Хетаг, а где Берта? – обычно Луис просыпается раньше меня.

– Не знаю, ушла, наверное.

– Ах ты, черт! Ладно, я в булочную! Увидимся на занятиях!

Забыл сказать. Как-то я написал Джэсу. Спросил его, знает ли он Луиса Киеранса. Джэс ответил:

– Бро, мальчишка был очень хорош! Вот только где он сейчас?

Где-где – в булочной…

Уже или еще

День, конечно, медленно превращался в обычную берлинскую летнюю пятницу. Вот-вот будет вечер и ночь, а пока тебе нечем заняться. Когда я вернулся из института, Луиса еще не было.

Наверное, шатался где-то в центре с девчонками из группы.

Хороший был день. Я ходил на занятия, слушал Рильке в медиатеке, играл в футбол со студентами из Бразилии. Возвращался домой с офигенной усталостью в ногах.

Позвонил Франческо.

– Эй, сегодня у Нины вроде как день рождения. Не хочешь прошвырнуться?

Нина – жена Грегори. Он из Новой Зеландии, учится с Франческо в одной группе. Живет в Берлине уже три года. Грегори – киносценарист.