«Кровью, сердцем и умом…». Сергей Есенин: поэт и женщины

В 1916 году Есенин прочитал Мурашёву два акта написанной пьесы «Крестьянский пир», текст которой затем уничтожил…

Мурашёва и Есенина связало творчество, дружба между Мурашёвым и Ольгой Сно тоже зародилась на «ниве творчества»: редакторского – со стороны Ольги Павловны, авторского —со стороны Михаила Павловича.

Муж Снегиной тоже пытался писать стихи, рассказы, числился литератором.

По данным Лаппеенрантского архива, «торговец Сноу упоминается в книге паспортов для торговцев, которые едут в Россию.

Дата 11 декабря 1871 года. Он отмечался так каждый год до 1879-ого. В паспорте 1893 года перечисляются следующие лица:

Сын Фредрик Сно и его сыновья Джон и Георг.

Роберт Сноу, жена Матильда, сын Роберт и дочь Софи.

Александр Сно, жена Александрина и дети: Николай, Георгий, Борис, Анатолий и Александр.

Эдвард Сно и дети: сыновья Евгений и Бенедикт и дочь Лидия».

Муж Ольги Сно – Евгений Эдуардович (Эдвардович?), возможно, из этого списка.

Однажды Валерий Яковлевич Брюсов получил презабавное письмо.

В конверт были вложены и стихи. Автор послания выражал восхищение символизмом, идеологом которого был Брюсов, и предлагал ему поместить в «Весах» посланные стихотворения. Против каждого произведения указывался полагающийся гонорар.

Письмо было написано неким Е. Э. Сно. Он обращался к прославленному поэту: «Хотя я иностранец, но в совершенстве владею русским языком, к тому же привязан ко всему русскому».

Стихи Сно сохранились в архиве В.

 Я. Брюсова, и это дает возможность понять, насколько «свободно» владел русским языком и русским стихом молодой поэт:

Желал бы я, чтобы на небе

Вдруг символы явились.

А на земле все люди Гебе

Усердно бы молились.

Желал бы я, чтобы и в нас

Не было бы затменья,

И чтоб все люди на Парнас

Ходили бы в сомненьи.

Тогда бы не было раздоров,

И символисты впереди

Без всяких глупых лишних споров

Прогресса и науки шли.

(Е. Э.

 Сно. Желание)

За это стихотворение Сно просил 2 рубля…

В начале 1900-х годов Сно издал несколько этнографических очерков – об Англии, Бельгии, Финляндии, Германии, Голландии и др., а затем принялся печатать небольшие книжки с юмористическими рассказами, неплохо на них зарабатывая. В начале 1910-х годов он стал членом кружка «пашутистов», объединявшего литераторов и художников, бывших завсегдатаями петербургского кабачка «Пашу» на Невском, 51.