Питер в судьбе сибирячки. ХХ век. 70-е и 90-е годы

На лекциях сидели, перешёптываясь со смешками: никак не можем поверить, что встретились! А на «классике» Татьяна смотрела «наш класс» со стороны. Леонидова вначале сказала:

– Смотрите на девочек, они знают.

Это – про нас. Татьяна говорит:

– Я так гордилась вами!

Это уж, явно, Геннадий Фомич «авторитет нам создал», поговорив с ней (Капитолиной). Правда, мы с Любой на сей раз весьма скромно себя показали: всё-таки не «классички» (данные не те), да и к народному танцу нас больше наш ВАП (Вадим Алексеевич Поталицин) приучил в Омском КПУ.

Он нам так и говорил:

– Зачем вы едите в Ленинград поступать? Там ведь «классички» нужны, езжайте лучше в Москву: там «народный» больше любят, поступите – моя школа!

Но нам хотелось непременно в Ленинград: город сильно нравился!

Потом поехали в столовую, какой-то «бурды» наелись там. Снова вернулись в институт. Савочкину там довольно быстро «обслужили» (приняли документы), и она тоже стала «законной» жительницей «общаги». Правда, жить в другой комнате не захотела, осталась у нас, хоть и отдельного места у нас уже не было.

Сегодня мы снова виделись с Геннадием Фомичом. Он опять нам всё показывал и рассказывал, а мы не успевали запоминать, так как всё это было на ходу. Ходили с ним в «Шашлычную»: у него сегодня день рождения, даже юбилей – 30 лет. И мы подарили ему пластинку в картонной коробочке, красиво оформленной, с балетом Адана «Жизель» и подписали:

И светлой музыкой полна пусть будет жизнь,

И танцем, переполнившим все чувства,

И открывайте людям вновь прекрасный мир —

Хореографии волшебное искусство!

Это мне вдруг в голову пришли такие строчки.

Потом Геннадий Фомич решил нас сводить к месту дуэли Пушкина. Там сейчас недалеко железная дорога проходит. Грустное место. Ещё Геннадий Фомич сводил нас в спортивный комплекс ЛГИКа, там тоже есть хореографические классы (недалеко от «общаги»). Он был закрыт, но Фомич попросил старичка-сторожа, и он нам открыл дверь. Здание «что надо»: классы огромные!

Сегодня же мы и распрощались со своим педагогом: он полетел в Омск.

«Яву» купил в Эстонии, и отправил оттуда в Сибирь.

Учить к экзаменам нам опять было некогда: все «дела, дела». Люба ездила на переговоры с Надёной Гонтаровской, она звонила из Усть-Ишима: приезжать к нам в Ленинград передумала. Жаль.

Наши сожительницы по комнате, библиотекарши, уже начинают проявлять недовольство: мы слишком весёлые, не даём им учить.