Разговор с любовью

Вот потому противно отражение,

И потому картина мира зла,

А я умом впадаю в заблуждение,

Что, мол, вокруг кривые зеркала.

Мой мир ведь  изменить тебя не сложно.

Да только нужно начинать с себя.

Я улыбнусь тебе, ведь я художник,

Творец своей картины бытия.

Мамино счастье

Каково оно, мамино счастье,

Одно с папой напополам?

По ночам тихо-тихо сопящее,

Сладко-сонное по утрам.

Привлекательно-розовощёкое,

Непоседливое, как волчок.

Счастье мамино ясноокое,

С русой челочкой набочок.

Чуть курносое, белокожее.

Шаловливое день и ночь,

Счастье мамы на папу похожее:

Папа в молодости точь-в-точь!

Пусть капризное и упрямое,

Непослушное счастье, пусть,

Но любимое самое-самое!

Счастье – маленький карапуз!

Осветило солнце горизонт

Осветило солнце горизонт

Золотой лучистою короной.

Под окном берёза пышной кроной

Шелестит, наш охраняя сон.

Утреннего неба синева

Гасит луч ночной звезды последней,

И в окошко дерзкий ветер летний

Нам приносит трели соловья.

Я проснулась, я уже не сплю,

И, открыв глаза, тихонько, тайно,

Слушаю, родной, твоё дыхание

И украдкой на тебя смотрю.

Ты со мной, ты рядом, ты любим.

И, боясь спугнуть твой сон столь сладкий,

Проведу рукой своей украдкой

Тихо-тихо по плечам твоим.

Прикоснусь к твоей груди щекой

Робко так и чуточку несмело.

Боже, как я этого хотела:

Просыпаться каждый день с тобой.

О грозе

Выехал суровый бог грозы

В небеса на шумной колеснице.

Крепко держит он в руках бразды,

Объезжая царств своих границы.

Он свой путь небесный устелил

Сотней серых туч тяжелых,  темных.

И в колчан  стрел ярких положил:

Освещать дорогу светом молний.

Он несётся, дико  хохоча.

Мчит во весь опор по белу свету.

Громко шлёт привет, с небес крича,

Брату своему – степному ветру.

И вода срывается с небес

Под тяжёлым шагом господина.

Жадно пьёт ее увядший лес,

Ветру оголив деревьев спины.

Покутит, покружит старый бог

И, устав, уйдёт в свои покои.

И степной утихнет ветерок,

Лес своим дыханием успокоив.

Я тебя у Бога выпросила

Я тебя у Бога выпросила,

Так устав брести одна.