Справедливости ради

Доктор Фейнман потратил еще целый день, проверяя расчеты. Все должно? было работать. Он собирался разом использовать энергию атомного аккумулятора, чтобы распространить микроволны в радиусе тысячи милей. Это растопило бы снег и лед, позволив Солнцу достигнуть земли и согреть ее. И это вызвало бы цепную реакцию, так как освободившаяся почва продолжала бы поглощать солнечные лучи и передавать тепло дальше. Что и хотел доктор Фейнман. Он также соорудил устройство дистанционного запуска двигателя, чтобы убраться подальше от источника микроволн и при этом иметь возможность управления.

Он не хотел умирать. В его планы входило увидеть результат своих трудов. Однако когда он наконец собирался покинуть свою лабораторию, на радарах он увидел людей. В тот момент они были в безопасности, в нескольких милях от границы радиуса действия. Времени не оставалось. Доктор Фейнман нажал на кнопку. Конец.

Марти сложил листок пополам и убрал его в карман брюк. Его брови вопросительно поднялись, когда он посмотрел на сестру:

– Ну? – спросил он.

– Мааартиии… – улыбаясь, прошептала сестра.

Она сидела на полу, обняв подушку, и выглядела такой удивленной, какой она была, когда четыре года назад Марти притащил домой кота.

– Это все… ты сам?

– Ну да, – он покраснел. – Так понравилось тебе или нет?

– Вааау… – протянула Дженни. – Это! Было! Круто!

Она вскочила на ноги и принялась трясти Марти за плечи, смеясь при этом совершенно безумно и все повторяя:

– Круто, это было круто!

– Спасибо, – выдохнул он.

Голова его болталась из стороны в сторону.

Отстав от плеч брата и сев на кровать, Дженни спросила:

– Возьмешь его завтра с собой? Ну в клуб?

– Посмотрим, – ответил он. На самом деле Марти знал, что рассказ он с собой не возьмет и уж точно никому не покажет.

– Хочешь пойти со мной завтра? – спросил он и добавил серьезным голосом: – Там дают печеньки.

Дженни залилась смехом:

– Печеньки?! Вкусные, надеюсь? – а затем ответила: – Нет, я боюсь.

Марти не стал ее уговаривать. В целом он и сам понимал, что для Дженни их собрания покажутся чересчур заумными, а порой даже скучными.

Когда сестра уже собиралась пойти в свою комнату, Марти попросил ее:

– Обещай, что никому не расскажешь. Ну, что я начал писать. Даже Тони. Я ему еще ничего не говорил.

Дженни кивнула.