Справедливости ради

И сейчас он был в ярости, что есть люди, такие как Ллойд-Джонс, которые считают, что имеют право заявиться и начать крушить стены в построенном им доме.

Все эти годы он шел на свет путеводной звезды, которая теперь, засияв квазаром, обличила его предназначение. Он был тем, кто создает, а не рушит. Он был воином света, а не тьмы. И сегодня он обнажит свое оружие. Сегодня он поделится с миром своими рассказами.

Глава 7

Первой ее мыслью было то, что она просто-напросто ошиблась. С того самого раза, как Марти прочитал ей свой первый рассказ, прошло несколько месяцев, и Дженни могла забыть его содержание.

Но это было не так, как когда приходится оборачиваться на случайного прохожего, так как показалось, что это твой хороший знакомый, а потом выясняется, что у них просто шапки похожи. В этот раз случайный прохожий имел не только такую же одежду, но и глаза, нос, губы и тело.

Была еще одна деталь, которая как родинка на коже, не давала обознаться.

– А почему Фейнман? – спросила Дженни на следующий день после дебюта Марти.

– Ну, – Марти пожал плечами, – потому что Ричард Фейнман.

– Кто? – прищурилась сестра.

– Ричард Фейнман. Физик, гений, нобелевский лауреат.

– Ага, – закивала Дженни, но уголки ее рта поехали вниз.

– Но это еще не все! – поспешил Марти, увидев хорошо знакомую реакцию. – Он был удивительным человеком. Знаешь, часто эти ученые только о науке и думают. А Ричард Фейнман жил на всю катушку.

– Здорово! – уже бодрее добавила Дженни.

– Я тоже так хочу, – Марти уставился на свои колени. – Все делать с весельем.

Он посмотрел на Дженни и улыбнулся ей с грустью. А она промолчала.

– У него тоже была младшая сестра, – продолжал Марти. – И она тоже стала ученым.

– Правда?

– Да. Я читал, он рассказывал, что их отец в детстве помогал им, ну знаешь, познавать мир. Отвечал на всякие вопросы о природе и все такое.

Дженни поморщила нос.

– Ну раньше. Еще давно, – добавил Марти.

– Фейнман. Ричард Фейнман, – шептала Дженни, отворяя дверь.

Вещи в комнате Марти лежали давно нетронутыми. Вот уже восемь недель никто не спал на кровати, не сидел за столом и не запирался изнутри. Даже ношеная футболка, которую, казалось, целую вечность назад Дженни приготовила для поисков, валялась все еще не стиранная на краю кровати.