Эйна из Третьей зоны. Трава на асфальте

Что им приятно ощущать себя частью великого государства.

И всё-таки многим воспитанницам нравилось спокойно посидеть полчаса в уютном натопленном зале, на стульях с высокими спинками. Изображать внимание, а на самом деле мечтать о чём-нибудь или даже дремать, если сесть в задние ряды. Поэтому сегодня вечером девочки смотрели на меня с сочувствием, ведь мне запретили слушать наставление. Днём было моё дежурство в спальне, а меня задержали на фабрике, и я опоздала. Поэтому не успела расправить подушки и одеяла на кроватях до вечерней проверки.

За это меня и наказали.

Знали бы они, как я обрадовалась такой удаче! Пока все слушали монотонный голос наставницы, я удобно уселась на кровати, завернулась в одеяло, чтобы скорее согреться, и занялась уроками. Хотела подготовиться к контрольной по ботанике, повторить несколько глав из учебника. Тусклая лампочка под потолком едва освещала комнату, мелкие буквы на страницах учебника дрожали и расплывались.

Когда строили наш приют – лет тридцать пять назад, – весь третий этаж отвели под спальни и в каждую собирались поставить по сорок кроватей.

Они туда действительно помещаются, но тогда там слишком тесно. Сейчас в приюте не так много воспитанниц, поэтому оставили только по тридцать кроватей в комнате, а лишние унесли в подвал. Но в нашей группе всего двадцать четыре девочки, и нам разрешили составить ненужные кровати в углу, в три яруса. Мы их используем вместо шкафа – очень удобно.

В спальне пять окон, и я специально выбрала место почти в самом углу, прямо под окном.

Днём туда падает свет сначала из одного окна, потом из другого. Лампы днём не зажигают, а я иногда читаю на кровати, если есть время полежать.

Сейчас за чёрными прутьями оконной решётки желтел уличный фонарь, но в комнате от этого не становилось светлее. По стеклу хлестали потоки дождя, жалобно завывал ветер.

Я поднесла учебник ближе к глазам, но это не помогло. Я вздохнула: жаль, придётся ждать, пока собрание закончится. После отбоя, когда Наставница Фламия выключала в спальне свет и уходила в свои покои на четвёртом этаже, я молча лежала, пока все не заснут, а потом осторожно садилась на кровати, брала с тумбочки стопку книг и тетрадей, босиком пробиралась по пустому полутёмному коридору на лестницу и спускалась в вестибюль.

Там, в небольшой квадратной каморке, каждую ночь дежурила тётушка Марта, наша сторожиха. Её столик освещала маленькая лампочка – хоть и неяркая, но читать можно.

Хорошо, что Марта устроилась сюда работать.