Выжившие

Первый раз заметив мертвеца в гостиной, она долго и громко кричала, зажмурив глаза, пока не выбилась из сил. Повалившись на диван, она долго плакала, понимая, что просто не справится одна.

Пока она ещё осознавала, что всё это плод её воображения, но боялась, что наступит такой момент, когда она уже не сможет отличить бред воспалённого сознания от реальности.

Потом были два дня почти непрерывных галлюцинаций: чей-то невнятный шёпот; всё те же мёртвые, глядевшие на неё с укоризной, недовольные тем, что она выжила, а они погибли; и постоянное ощущение чьего-то присутствия.

Она была измотана и физически, и морально. И под вечер второго дня решила покончить с мучениями.

Даже мысль о незнакомце из сна, мелькнувшая в сознании, не принесла ей обычного успокоения. Она почистила пистолет, проверила патроны и вышла на улицу.

Подогрела тушёнку на костре. Почему-то ей казалось, что умереть на полный желудок лучше, чем на пустой.

«Вот сейчас поем, и хватит с меня», – думала она, пытаясь подавить в себе желание разрыдаться.

От запаха тушёнки её начало подташнивать, и она уже собралась выкинуть её, когда краем глаза заметила какое-то движение.

Вдоль забора к ней приближалась рыженькая кошечка. Первая кошка, которую увидела Саша с начала эпидемии.

– Кыс-кыс-кыс! Эй, иди сюда, не бойся! – окликнула её девушка. Она любила кошек и ненавидела собак, которых теперь было слишком много вокруг. Эпидемия не коснулась их, а вот кошки почти все умерли, как и люди. Саша считала это несправедливым и искренне обрадовалась гостье.

Кошка выгнула спину дугой, чтобы казаться больше и страшнее, шерсть встала дыбом. Саша выхватила из банки кусочек мяса и кинула его животному. Та недоверчиво подошла и обнюхала угощение. Быстро расправившись с первым кусочком, она осмелела и подошла к Саше. Потёршись о ноги девушки, кошка громко мяукнула, требуя добавки.

Впервые с того самого дня, когда Саша осталась одна в городе, она засмеялась. Отсмеявшись, она посмотрела по сторонам и сперва не поверила глазам.

Галлюцинации отступили, она снова была одна во дворе. Поморгав, она снова осмотрелась. Никого. Только она и кошка.

– Эй, рыжая, – обратилась она к кошке, поставив перед ней всю банку, – ты сейчас мне жизнь спасла.

Та недоверчиво посмотрела на Сашу, словно понимала человеческую речь, и накинулась на тёплое мясо.

Воображаемый узел, сжимающий её грудь, немного ослаб, и Саша подумала о том, что, возможно, в компании кошки сможет протянуть ещё немного.