Нос. Том 2

– Ну вот и здорово, вот и молодец, – приобняла она меня, после чего встала и вернулась на свой диван.

Марк смотрел на меня, а затем, раздражаясь, сказал:

– Ну и? Неужели было так трудно сразу согласиться?

– Тихо! – сказала ему Саша. – Успокойся. Для этого он и согласился. Так что всё, давай, расслабься.

– Ладно! – сказал он, вздохнул и направил свой взгляд в окно.

Я хотел направить свой туда же, но раз оно уже занято, то делить один вид с Марком мне было мерзко, как было бы мерзко делить одну женщину.

– И что теперь? – спросила Света.

– Ждём минут сорок, потом всё будет, – ответил Марк ей.

– Опять ждать? Да ебать… – расстроилась она.

Мы сидели молча. Я закрыл глаза и пытался отстраниться от факта, что сейчас я почти добровольно принял говно. Ну, почти добровольно за добровольно не считается. Какое-никакое сопротивление было. Так что, если б дело было не в употреблении говна, а в изнасиловании, то это бы, наверное, считалось бы изнасилованием. Я был почти насильно накормлен тем, чем быть накормлен не хотел.

Почти насильно считается за насильно. Мой организм и мой дух был изнасилован двумя таблетками говна.

– Если что, то Игорь ещё дохуя этой штуки Мише скинул, так что потом можно будет ещё взять, если понравится настолько, – внезапно сказал Марк.

– Хорошо, – сказала Света и улыбнулась: – Ну, надеюсь, что понравится.

Они говорили ещё какой-то пустой разговор, на который я не обратил внимания. Я был погружён в себя, стараясь сдержать гнев, искрящийся в затылке.

Гнев от всей этой ситуации. Я не думал типичный бред в духе «Как я мог это допустить?!», «Как такое могло случиться?!», не испытывал ненависти к себе, не злился на себя. Гнев мой был направлен на них, и я старался его подавить, но в то же время понимал, что он вполне оправдан.

– А когда твои родители возвращаются? Не боишься, что батя тебя застанет за организацией притона в их хате? – спросил я Марка.

Он посмотрел на меня, слегка занервничал, и сказал:

– Тебя это волновать не должно.

Вернутся, когда вернутся. Я знаю, когда, поэтому не боюсь. Да и чего бояться? Они сами не прочь кокса бахнуть наверняка. А если и будут злиться… Я скажу: «Полусгнившие корни дают гнилые плоды», и всё.

– И после этого… Саша, сообщишь мне, когда похороны организуются, хорошо? – я посмотрел на неё.

– Да хватит уже! – крикнула она.

Мы замолчали, я перевёл взгляд на освободившийся вид окна, и мне было всё равно, если туда же будет смотреть Марк. Я тут первый.