Нос. Том 2

Массивная фигура среднего роста, смесь крепких, но когда-то и ломаных, костей, – так мною ощущалось, во всяком случае, – мышц и жира, радостно воскликнув и почесав свою лысую голову, в развалочку и топая подошла к нам и звонко шлёпнула ладонью по протянутой руке Миши, после чего пожала её и разразилась громовым хохотом:

– Ну, наконец-то!!! Мы уж вас заждались!

– Как и обещали, Виктор Николаевич! Привёз друзей, чтоб веселее было! – Миша с улыбкой тряс ему руку в ответ.

– Ну? Знакомь давай нас! – во весь рот улыбался Виктор Николаевич, блестя множеством золотых зубов.

– Так, да… – чутка замешкался он, после чего обратился к нам: – Ребята, это Виктор Николаевич.

– Да какой Виктор Николаевич? Я вам не учитель в школе тут! – рассмеялся он. – Слон меня все кличут, вот и вы тоже можете. А то «Виктор Николаевич, Виктор Николаевич»… Как на суде! Ну, а кому клички чужды или ещё что, то дядей Витей можете звать, коль молодые вы все…

Миша кивнул головой и начал указывать ему на нас:

– А это Саша, это Света… Это Марк…

– О, Марк! Ты же сын Максима Анатольевича? Очень приятно познакомиться! – перебил дядя Витя и пожал Марку руку.

 – Много о тебе хорошего слышал от твоего отца. А хорошие слова от таких людей значат очень много! Тебе повезло с ним очень!

– А это Нос, – Миша указал на меня.

Почувствовав на себе взгляд дяди Вити по кличке Слон, и его не то чтобы тяжесть, но вес, который был под стать человеку такой конструкции и с такой кличкой, мне стало немного не по себе.

Он подошёл ко мне и протянул руку, на которой я украдкой бросил взгляд и заметил разные рисунки на ней: пугающая своими шипами колючая проволока, браслетом обвивающая его запястье; куча разнообразных перстней на каждом пальце; большая надпись «СЛОН».

– Нос, да?.. Ну, Нос – так Нос, – тихо сказал он низким, видавшим задымлённые сигаретным дымом годы, голосом, а я почувствовал запах какой-то еды и кофе из его рта.

Я протянул руку в ответ, и мясистые пальцы его лапы без особого давления пожали мне её.

Разница между нами, – не только физическая, возрастная, но и в образе мышления и отношения к жизни, ощутимая и очевидная по каким-то непонятным причинам, – как будто заполнила воздух и тяжестью заливалась в мои внутренности, вызывая опасение этого человека.

– Ну что? Пошли в зал, теперь я вас знакомить буду! – отвернулся он от меня и радостно заявил ребятам.