Нос. Том 1

Как она лежит на диване из звёзд, пробуждая поэтическое настроение, воспевающее бесконечный ужас, что происходит вокруг, завораживающий своей вечностью. И Ночной Дух, что разносит с воздухом трепет перед Ночью и перед ужасом. И эта муза смычком холодного ветра нежно касается тонкой струны моей души, натянутой между сердцем и мозгом, а та издаёт едва слышимый звон, отражающийся в снежинках, фонарях и окнах спящих новостроек вокруг.

И я действительно почувствовал трепет перед этим моментом, позволяя проникнуть ему в мою голову и остаться там.

Так хорошо я себя давно не чувствовал. Я вошёл в резонанс с ночью, с ветром, с воздухом, со снегом, с новыми домами, которые возвышались передо мной, с деревьями, стоящими без листвы перед ними. С асфальтом, с детской площадкой, с ограждениями, со столбами, с фонарями, со светофорами, с безлюдностью и тишиной. Я ощущал единение с чем-то потусторонним, блаженным и очищающим. Я растворялся в мире, который наконец-то принёс мне что-то хорошее. Я улыбался ему.

– ЁБ ТВОЮ!..

Со стороны раздался крик, и затем грохот. И это вырвало меня из свежего, прохладного экстаза. Меня пронзила злость и неудовлетворённость. Как будто я писал сочинение в тетради, действительно стараясь и страстно строя и выражая свою мысль, но кто-то подошёл и резко вырвал листок с этим сочинением. Звук рвущейся бумаги ощущался почти физически в этой фантазии. Как и этот крик в этой ситуации.

К моим ногам прискользила прозрачная полторашка без этикетки, внутри которой плескалась оранжевая непрозрачная жидкость.

Я повернул голову в сторону, откуда она прилетела, и увидел там двух парней, один из которых поднимался со снега. Видимо, он поскользнулся и упал. Я поднял бутылку и повернулся в их сторону.

Упавший встал и отряхнул свою оранжевую куртку и тёмные штаны, поправил чёрную шапку, натянув её на лоб. Его друг отряхнул его спину. Вдвоём они подошли ко мне, и оранжевый, словно на грани истошного крика, крайне агрессивно и злостно смотря мне в глаза, что стало для меня сюрпризом, хрипло рявкнул:

– СШМЕН ТБФЫ СУШФЫА?!

Я не понял, что он сказал, поэтому спокойно переспросил:

– Что?

– СШМЕНО ТГУЕ СФУКА?!

– Что?

– СМЕНО ТОГЕ СУГА?!

– Чего?

Тут он приложил все усилия и выдавил:

– СМЕШНО ТЕБЕ, СУКА?!

Наконец-то я разобрал, что он кричал.

Это было очень неожиданно.

– Нет, – всё так же спокойно отвечал я, делая максимальный невинный вид.