Мир снов

– Начнем, – сказал король, встал и громко позвонил колокольчиком, стоящим у его правой руки.

В зал начали входить другие слуги, становясь за стульями. У каждого в руках был поднос с двумя кубками, которые выглядели намного проще и скромнее чем те, что мыл Тихон. Затем, в зал по двое, начали входить гости.

Тихон, наблюдая за гостями, был растерян, так как входящие в зал представляли собой правящих особ из различных эпох и стран.

«Какое разношерстное общество. Как они поймут друг друга? Почему они все такие разные? Тут даже древние люди с дубинками.

Когда начался пир, он смотрел только на короля и его приближенных – так смог, наконец-то, рассмотреть их во всех подробностях.

Король был бледным, русые волосы спускались до плеч, но были спутаны, было непонятно, прямые они или волнистые. Борода, такого же цвета, росла как попало. Одет он был шикарно: все из шелка, темно-зеленого изумрудного цвета, драгоценные камни на всех пальцах, золотая корона с рубинами, напоминающими формой слезы.

«Вряд ли он мог бы быть королем, на самом деле. Мне, по крайней мере, так кажется. Если бы меня кто-нибудь спросил, то я бы сказал, что это просто человек, который мечтает властвовать, но слишком слаб для этого, слишком сильно всего боится, может даже испытывает трудности при общении с другими», – подумал Тихон.

А вот его отец был его полной противоположностью. Он был одет очень скромно, в простой черный костюм, но его спокойствие, сдержанность, величественность движений и уверенность в себе говорили о том, что он мог бы быть королем. Он был не очень высок, седые волосы, так же, как и у сына, свободно спадали на плечи, но были аккуратно расчесаны, лицо гладко выбрито.

А третий персонаж… Как Тихон не приглядывался к нему, никак не мог уловить определенные черты. Возникало чувство, словно этот мужчина полупрозрачен, будто покрыт странной дымкой, так что описать его черты или, хотя бы, уловить что-то определенное в его облике было невозможно.

Пир был в самом разгаре. К удивлению Тихона, все говорили на одном языке, ели, пили и веселились. Так прошло, должно быть, несколько часов, когда внезапно наступил апогей всеобщего пьянства. Один гость поспорил с другим.

Английский король рьяно, с покрасневшим лицом, доказывал что-то французскому монарху.