Покидая страну 404

– Кто это? – Маргоша рассматривала портрет полноватого, но очень симпатичного импозантного молодого человека на конверте пластинки.

– Это Ахмад Захир[2 - Ахмад Захир (1946—1979) – афганский певец и композитор, в Афганистане считается величайшим певцом всех времён.], его называют соловьём Востока.

– Лучше, чем Дин Рид[3 - Дин Рид (1938—1986) – американский певец, киноактёр, кинорежиссёр и общественный деятель, пользовавшийся огромной популярностью в СССР, странах Латинской Америки и Восточной Европы.

Погиб при невыясненных обстоятельствах.]? – поинтересовалась девочка, включая проигрыватель.

– Лучше, – он подумал и добавил: – Сложнее. Садись рядом.

Маргошка устроилась у него в ногах. Лёньке под тулупом стало тепло, с музыкой – весело, а с живой и любимой племянницей – не одиноко. Он даже начал подпевать слабым голосом.

– Ты понимаешь слова? – спросила Маргоша.

– Конечно. Это дари, афганско-персидский язык. Я его в институте выучил. Он похож на таджикский и фарси, то есть я вроде как учил один, а в итоге знаю сразу три языка.

А ещё французский, арабский и пушту.

Вернулась Рива, увидела такое непотребство и кышнула девочку:

– Чего дядюшку беспокоишь? Иди с Захарчиком играть.

– Я её сам позвал, – слабо запротестовал Лёнька. – Маргоша, достань бабушке подарок из чемодана.

Для Ривы он привёз красивый шерстяной платок, Фане предназначались серебряные серёжки с афганским лазуритом, Раечке и Нате – по флакону духов, и даже для Марии Васильевны, Раечкиной матери и Яшкиной тёщи, был припасён нежный шёлковый шарфик.

– А мне? – расстроилась племянница.

– Как-то так получилось, что я привёз гостинцы только взрослым девочкам, – растерялся Лёнька.

– Я тоже уже взрослая. Мне десять лет.

– Тогда для тебя тоже есть подарок, – сказал Лёня. – Возьмёшь себе мою пластинку, когда я… уеду.

День на третий своего более-менее вменяемого существования Лёнька самостоятельно дошёл до соседней комнаты, где стоял шкаф с книгами, и выбрал себе какое-то лёгкое чтиво.

После работы заехали братья, привезли сменную домашнюю одежду. Подстраховали, чтобы не упал, когда он решил принять ванну.

– Что-то ты, малой, похудел – легонько щёлкнул его по прессу Пашка.

Действительно, резинку в поясе трикотажных спортивных штанов пришлось подтянуть и завязать на узел.

Сели ужинать. Бабушка Рива подала Лёньке диетический супчик, остальным картошку с селёдкой иваси и морковные котлеты.