Страсти по Самайну – 2. Книга 2

Раз этим знанием владел только вожак, то нужно искать такого в местных стаях.

Нашлись другие оборотни в Дублинской стае. Никто из них не умел так хорошо контролировать перевоплощение, так как никто не проходил обряд. Слухи поползли об оборотне, который имеет суперспособности.

Домиником заинтересовались. Стали приглашать на сходки и мероприятия. Вожак стаи стал держать его подле себя. Со временем даже предложил стать правой рукой. И все пытался выяснить причину его возможностей. Но отдавать обряд Доминик не торопился.

Решил подождать, пока сам станет вожаком.

Любовь к Ковентине проснулась постепенно. Они стали часто видеться, гулять по Дублину и вскоре трудно было представить жизнь друг без друга.

Эпилог

Ковен продолжил обучать Ковентину премудростям. Она повзрослела и превратилась в сильную и умелую ведьму.

Доминик продолжил работу в колледже, но по вечерам отдыхал в обществе Ковентины или других оборотней, ему понравилось быть правой рукой вожака. Было и много завистников, которые злились и строили козни.

Доминик решил применить обряд по общению с умершими. Он был на старом пергаменте. Нужно было смешать много трав и внутренностей разных животных, так же немного крови того, кто проводит обряд. Без жертв ничего не получится. Они с Ковентиной поговорили с умершими родителями, попрощались с ними и попросили благословения.

После обряда Доминик встал на одно колено и достал заготовленное кольцо…

Юлия Бурбовская

@cvetnie.ladoshki

Я САМА

Пролог

Огонь пожирал нашу деревню.

Сухая солома на крышах занялась сразу, как полыхающий факел. Люди в ужасе отпрянули, что-то ропща. Их могучий и сильный вождь Виллем – мой отец – стоял сейчас связанный. Связаны были и мои братья Брайан и Варден. Только мать, ползая на коленях, пыталась удержать человека с мечом. Остановить. Она орала так, что криком поцарапала горло.

Человек в черном шлеме повернулся к ней и что сказал. Мне не было слышно слов, а полуденное солнце слепило глаза. Крепкие, еще сильные руки бабушки удерживали меня в зарослях кустов, не давая броситься туда, на помощь.

Мать растерянно замолчала, переводя взгляд с одного сына на другого, будто выбирала. Наконец она сморгнула слезы и покачала головой. Человек что-то насмешливо каркнул ей и засмеялся. Меч просвистел и от одного его движения рубахи моих братьев окрасились кровью.

Другие воины убили отца. Затем чьи-то руки подхватили оцепеневшую от ужаса мать, посадили на лошадь и увезли.