Служивый Потап и домовой Веснушка. Сказка

Я еще краше такого места нигде не встречал, – радостно сказал он ей.

Девица прикрыла за собой калитку и присела рядом возле служивого на скамейку.

– Меня Агафьей зовут! А вас как? – спросила она его.

– А меня Потап! – он козырнул ей рукой под фуражку.

Агафья улыбнулась, но после ее лицо сделалось серьезным, сказала:

– У нас места хорошие- поля сочные, река широкая, леса полные ягодами и грибами, – заманчиво перечисляла она все прелести этого края.

– Эко хорошо у вас тут жить! – он подмигнул ей глазом.

 – Вот бы мне тут остаться жить, да только жилья моего здесь нет. Может мне какой дом пустой здесь найдется? Я бы в нем поселился.

Агафья, наклонив голову на бок, призадумалась, после предложила:

– Есть у нас один дом в деревне, не жилой, в нем никто не живет. Он на самом краю деревни стоит. Правда, о нем люди в деревне дурно отзываются. То ли в нем привидение живет, то ли домовой злой. Все он там безобразничает, шумит, предметами кидается. Если не боитесь нечистой силы, можете смело в нем поселиться, хозяев этого дома уже давно нет на свете.

– Нечистая сила, говоришь, в нем живет? – удивился Потап.

– Да! – со всей серьезностью ответила Агафья.

– А я и не боюсь нечистой силы. Я с нечистой силой на фронте сражался. Она всегда со страху драпала от нас за свой рубеж, от залпов картечи наших, сполна понюхав пороху. Справлюсь и с этой нечистой силой. Думаю, эту нечистую силу вскоре на паперть из дому выгнать. Спасибо тебе, Агафья, за помощь, за предложение. Надо, чтобы ты меня к этому дому привела посмотреть его.

– Пойдемте, я вас туда провожу, – любезно согласилась помочь ему Агафья.

Агафья и Потап отправились к дому нежилому, где, по словам Агафьи, живет привидение или домовой. Подошли они на край деревни. Агафья остановилась и рукой указала Потапу на предложенный ему дом.

– Вот тот дом, о котором я вам рассказывала. Если он вам нужен, то можете смело в него селиться.

Соломенная крыша дома сильно согнулась во внутрь. Его бревенчатый фундамент казалось вот-вот провалится под землю.

Рамы окон заметно перекошены, накрест заколочены досками. Хорошо, что еще пыльные, не мытые годами стекла, не треснули. Чуть еще наклонятся- и осколков не оберешься. Из всей этой комедии только печная труба, как казалось Потапу, стояла ровно, была готова хоть и сейчас через себя пропускать сизый дым в небо. Потап снял фуражку и почесал себе лоб, оценивая убогое состояние жилища. Развел руками по сторонам, сказал:

– Дом как дом.