Хроники одного дня

 – Федя остановился, не успев проглотить пережёванное.

– Отчётник же, ну! – девушка больно ткнула его в бедро. – Надо с утра отвезти костюмы в ДК. Поможешь?

Парень наконец смог проглотить еду:

– А, так конечно, договаривались же. Я что, зря отгул брал?

Она кивнула, погружённая в свои мысли. Через некоторое время, поёжившись, продолжила:

– Знаешь, – она уставилась в стол. – Я не знаю, как-то оно всё… Я ведь, как папа, всё больше комедийных персонажей… А тут – ну не моё амплуа совсем. Тут драма, философия, катарсис.

Не хочется мне. Или… не знаю.

– Ты боишься, что плохо сыграешь?

– Ну как бы и нет, и да. Тут играть не надо – оно ж всё в традициях античного театра, гротескно. Просто не верю тому, что играю.

– Так или иначе, Рыжь, это тоже часть профессии, актёрская задача, которую необходимо выполнить. Ты же профессионал.

– Мне просто уже хватило всей этой трагедии, а тут ещё и пафоса куча.

– Понимаю тебя. Постарайся принять это как рубеж, после которого ты уже будешь с документом, а, значит, будешь иметь право играть только то, что хочешь.

– Да, ты прав. Да. Спасибо.

– А за выполнение этой актёрской задачи я тебе куплю много-много сладкого. Идёт? – он улыбнулся и потёр место тычка.

Она ответила на улыбку и игриво покачала головой. Это движение так сильно напомнило Феде детство, что захотелось Рыжика взять и защекотать. Но ведь закусает! Сопоставив удовольствие от щекотки с глубиной следов от укусов, Федя решил не трогать прелестное создание.

До поры до времени. Девушка зевнула.

– Солнце, иди спи. Я посуду помою и тоже, – парень накрыл её ладонь своей.

Аня угумкнула, встала и, проходя мимо Феди, на мгновение приобняла его.

Пока она совершала ночной ведьминский ритуал по уходу за кожей, он спокойно доел ужин и помыл посуду, так что ему даже пришлось выпроваживать Рыжика из тесной ванной, чтобы почистить зубы. Но задержаться ему не дали – ещё крем надо нанести.

Парень прошёл в гостиную и упёрся глазами в рукопись.

Вот уже три месяца он к ней не прикасался. Зачем, собственно, убегать в придуманный тобой мир, если реальность намного теплее, роднее, «слаще»? С того момента, как Аня появилась в его жизни, из его мыслей словно пропали все неразрешимые конфликты. А если их нет – о чём писать? Возможно, именно такого покоя жаждал Мастер – голова чиста, думает только о счастье и о том, как сделать любимого человека счастливее.