Забытый человек

Аля рывком открыла окно и в последних отблесках дня разглядела внизу, в кустах, цветной мешочек…

Когда приехала скорая, Лиза почти не дышала. Аля поехала с ней, но по дороге в больницу девочка умерла. «От переохлаждения», – дали вердикт врачи. Травм почти не было, все-таки кусты и снег смягчили падение, да и этаж всего второй. Но тот же снег таял, одежда промокала, кусты не пускали, а двухлетняя девочка с синдромом Дауна внятно позвать на помощь не могла. Но если бы ее нашли раньше, она была бы жива.

«Как она могла оказаться в кустах? Как выпала, если окно было закрыто изнутри?!» – все думала Аля.

Те же вопросы задавали полиция и опека. Еще их интересовало, почему дети были одни с пьяным отцом, где была мать, где дед с бабкой… Аля, комкая насквозь мокрый носовой платок, отвечала, что муж сроду не пил, что дед с бабкой в больнице, что она ходила за продуктами, а окно никто не открывал, потому что все недавно болели. Но перед глазами у нее стояло выражение лица Сережи в тот момент, когда кроватку покойной сестренки выносили из комнаты, на продажу.

– Теперь я буду жить один. Мамочка, ты теперь будешь со мной, – широко улыбался Сережа, улыбался с чистой, искренней радостью, какой Аля не видела у него со времен до приснопамятного ограбления.

Но было в этой улыбке что-то еще, что-то, заставившее Алю вздрогнуть и поскорее выйти из комнаты.

* * *

Минуло сорок дней. Аля сидела в детской, на полу, на том месте, где была кроватка Лизоньки, и снова плакала. Рядом сидел Сережа и рисовал людей с пистолетами между ног.

Всхлипнув, Аля поежилась – несмотря на то, что весна была уже в разгаре, из окна тянуло холодом. Аля решила закрыть окно, начала вставать и неуклюже завалилась на бок.

– Мамочка, тебе холодно? – спросил Сережа, вскакивая на ноги, – сиди, я закрою!

Мальчик ловко залез на широкий подоконник и закрыл створку, моментально справившись с замком.

Страшная мысль пришла в голову Али.

– Сереженька… Окно… а когда ты научился?..

– А что тут уметь, – пожал плечами мальчик, улыбаясь белыми искусственными зубами.

Потом нахмурился: – Мамочка, что с тобой?

Аля подскочила на ноги, тяжело дыша. Сережа подошел к ней, но она отшатнулась, крича:

– Не трогай меня! Убийца!

Аля выскочила из детской, потом из квартиры, потом из подъезда во двор. Но легче не стало. У подъезда отливали зеленью кусты, в которых нашли Лизу, а чуть дальше на газоне светились желтые первоцветы, которые она так любила рисовать.