Ополченец

Говорят, руки у Сокола были золотые, он мог починить практически все, даже танк на постаменте заставил бы поехать.

– Ты все сделал?

– Да, все!

– Ладно, я поехал, – обратился Шишков к Егору. – Знаешь что? Давай на выходных встретимся, посидим, выпьем пива?

– Я не против, – отозвался Егор.

Они пожали руки и Андрей направился к своей «Мазде 3».

Из-под машины вылез Сокол – Владимир Соколов. Он поднялся и взглянул на Егора. Тот заметил взгляд и махнул головой, мол, чего смотришь?

– А вы с шефом дружбаны? – спросил механик.

– Вроде того. Мы вместе в школе учились, – ответил Егор. – Давно не виделись. А тут встретились, он работу предложил. А что?

– Да не, ничего. Нормальный он мужик, – Сокол подошел к заваленному хламом длинному столу и грязными руками взял из пачки сигарету. Отошел ближе к входу и закурил. – Я до этого в другом месте работал, в Лисичанске. Начальник у меня был – гнида редкая. Я даже не говорю про то, что зарплату постоянно задерживал. Вел себя с рабочими как скотина.

А этот, я смотрю, нормальный.

Егор кивнул в подтверждение. «Что он от меня хочет?» – пытался понять он.

Бренчало радио, музыка вдруг прекратилась и ведущий начал рассказывать о новостях. На Донбассе набирало силу народное недовольство, во многих городах люди выходили на митинги, требуя от киевских властей справедливой политики в отношении русскоязычного населения.

– Вот уроды, – зло сказал Сокол.

– Кто уроды? – не понял Егор.

– Да эти, киевские барыги. Продажные бизнесмены, американские агенты.

Тьфу, тошно, смотреть на все, что происходило на Майдане.

– А-а-а-а, да, – отозвался Медянов. – Да был я в Киеве…

Он заметил, как Соколов напрягся и резковато повернулся к нему, подался чуть вперед для «доверительного разговора» по душам, по-мужски. Его ладонь начала сжиматься в кулак.

– Ты че, за этих скакал? – не понял механик.

Егор рассмеялся:

– Да нет, конечно. На заработки ездил, но так ничего и не заработал.

Ответ не убедил Владимира Соколова, он оставался напряжен.

Видя, что атмосфера накалилась, Егор решил рассказать историю про церковь, которую чуть не сожгли радикалы в Киеве. Владимир слушал внимательно, а потом внезапно пожал руку Медянову.

– Ну ты, брат, даешь! – восхитился он. – Не каждый бы вписался. Видел я по новостям этот сюжет. Удивительно, что ты там был. Непростое время наступает, – тяжело сказал Сокол. После рассказанной истории напряжение спало и разом установились доверительные отношения.