Сказки Белой Горы

Пора снова тащить Кучака в школу. Когда я в прошлом году попытался прилепиться к учёбе, меня с позором изгнали сдуру ответил на все тестовые вопросы) и заявили, что, судя по ответам, у меня три академии за плечами. Александр Васильевич в таком деле незаменим. Я буду молчать, изображая двоечника, а ответы Кучака должны удовлетворить педагогов. Санёк заядлый рыболов, почище, пожалуй «Бубнового Короля Степана», в «зоне» он вяжет рыболовные сети, нелегально, конечно, доплетает второй гектар. Интересно, какой процент ниток из швейки идёт на его прихоть?.

.

На вечерней проверке меня «осенило». Наше построение напоминает треугольник. Впереди, на левом фланге, маяком торчит длинный Серёга Зуб, а по диагонали, на правом фланге, сзади, высится Виталик Барецевич. Где-то в середине диагонали пристроился рослый Володя Летунов, который спит над Кучаком. И тут мне в голову залетела мысль о трёх мемориальных досках, или табличках. Так как Александр Васильевич является героем уже шестого моего произведения, я простецки озвучил уверенность, что когда-нибудь будут повешены мемориальные доски на дом, в котором он зарегистрирован, на наш барак и разумеется на кровать – место его отсидки; давно уже известно, что сидеть лучше лёжа.

Мне нетрудно было обрисовать герою аккуратно заправленную кровать с табличкой, надпись на которой гласит, что он навечно зачислен в списки заключенных, как легендарный герой…

Если подняться на третий этаж нового корпуса, то во всей красе представится вид кратера Белой Горы.

Когда-то, судя по всему, давно, на месте колонии шли разработки известняка.

Если смотреть на размеры карьера, то легко прикинуть в уме, сколько миллионов тонн белого камня добыто. Известняк широко используется во многих отраслях, от строительства, до производства сахара. Эта ценная карбонатная горная порода хорошо годится для щебня цемента и извести. А, возможно, это вообще доломитовые разработки. Эти камни близкородственные, издалека их не отличишь.

Поверхность «зоны» имеет значительный уклон к западу.

Климат здесь чуть суше и чуть теплее Московского, всё-таки 53 градуса северной широты, это не 56 градусов Москвы, но зона почти степная. Редкие заросли березняка кое-где виднеются в северном направлении, у воды – ветлы с ивняком, а самом посёлке тополя, да местами липы. Ещё недавно работал на полную мощность вентиляторный завод. Его остатки, скорее останки, образуют промзону с жалкими крохами не вывезенного и не сданного в чермет оборудования.