Мгновения

Вера Сергеевна купила три штуки, поместила в тряпичную сумку так, что только головки торчали наружу.

Весь путь домой она улыбалась. В автобусе одна девочка сказала, что цветы очень красивые, и старушке стало ещё радостней. Даже когда сидевший слева мужчина возмутился, что «навоняла не пойми чем», она не расстроилась. Что с него взять? У него же в детстве не было сада с пионами.

Добравшись до дома, Вера Сергеевна остановилась у подъезда, бросила взгляд на детскую площадку подошла к качелям. Была она маленькая и лёгкая как ребёнок, потому и уместилась легко на деревянном сиденье.

Робко оттолкнулась и начала медленно раскачиваться. Запах пионов будоражил чувства. Она закрыла глаза, представляя себя маленькой девочкой в мамином саду. И пусть качели двигались очень медленно, ей казалось, что она летит. Далеко-далеко.

Пионы

Сколько себя помню у нас в саду всегда росли пионы. И у соседей росли и в окрестных дворах перед трёхэтажками. Для меня они всегда были обыденностью вроде одуванчиков вдоль дороги.

Меня окружали пионы самых разных цветов – от розовых до белоснежных. И только у бабушки пионы были насыщенного бордового цвета. «Королевские», – говорила она. Когда я приходила к бабушке, она непременно срезала пять или семь штук мне в подарок.

– Ну, зачем! – возмущалась я. – У меня самой полный сад этих цветов.

Но бабушке так хотелось поделиться красотой, которой я не понимала, что приходилось брать букет только для того, чтобы её не обидеть.

Как-то раз я тащила домой ненужные пионы, когда рядом раздался полный восхищения вздох: «Красивые!» Рядом со мной шла высокая темнокожая женщина.

– Я никогда не видел такие красивые цветы, – сказала она с сильным акцентом. – Как называется?

– Пионы, – ответила я. – Ничего особенного.

– Пионы, – повторила женщина. – Очень красивые. Очень. Самые красивые, что я видел!

И столько в её словах было восхищения и счастья, что я даже позавидовала её умению радоваться мелочам.

А ещё подумалось, что некоторые вещи стали настолько обыденными, что мы порой не замечаем их красоты.

После смерти бабушки ни один «королевский» куст так и не зацвёл. Они зеленеют, разрастаются и… не цветут. Приходится довольствоваться розовыми. Но и они прекрасны. Не правда ли?

Цветы смотрели сквозь стекло

Короткий век отмерил Бог цветам.

А мы в порыве умиленья

Лишь сокращаем чудные мгновенья,

Срезая, расставляя по столам.