Записки атеиста. Рассказы и повести

– Здравствуйте, – сказала Зинаида Фёдоровна. – Вот, не усидели дома, решили зайти к вам. Не прогоните?

– Да что вы! Проходите, раздевайтесь. Будьте как дома.

– Хотели прогуляться, да погода неважная, ветер, дождь начинается, – как бы оправдываясь, произнёс Алексей Владимирович.

– Может, чайку хотите? Или перекусить чего? – спросила вышедшая из комнаты Ольга.

– Нет, нет, спасибо. Недавно отобедали. Мы просто посидим с Игорьком, пообщаемся. Он не болен?

– Да нет, ничего, здоров, тьфу, тьфу, тьфу! – ответила Ольга, поплевав через плечо.

Андрей проводил бабку с дедом в гостиную.

Войдя, гости увидели необычную картину. На ковре развалился огромный пятнистый дог, а по нему ползал голый малыш. Он цеплялся ручонками за короткую шерсть собаки, кряхтел и пытался залезть на грудь Бима. Шерсть скользила и Игорёшка никак не мог затащить наверх свою толстую попку. Наконец это ему удалось и Игорь пополз к голове. Бим терпеливо ждал, когда этот бесцеремонный лягушонок доберётся до его зубастой пасти.

Наконец лицо малыша приблизилось к морде дога и тот неожиданно размашисто лизнул его своим длинным шершавым языком. Игорёшка взвизгнул от восторга и плюхнулся на ковёр. Бим повернул голову и снова лизнул Игорёшку. Тот приподнял попку, повернулся к догу и, обхватив его морду ручонками, снова попытался взобраться. Но Бим стал нещадно вылизывать его и малыш, издав пронзительный визг, снова плюхнулся на ковёр.

– Смотрите, как хорошо они играют! – восхищённо сказал Алексей Владимирович, любуясь внуком.

– Ой! Оленька, а пёс не укусит Игорька? – забеспокоилась Зинаида Фёдоровна.

– Нет, что вы! Бим очень умный. Он любит Игоря и никогда не обижает.

– А что это он у вас совсем голенький? Ему не холодно?

– Да нет. В комнате тепло. Мы собираемся купать его. А это небольшая разминка. Пусть ползает. Собачья шерсть отлично массирует тело, да и язык Бима прекрасный массажёр. Сейчас он его всего вылижет.

И она убежала на кухню.

– Они могут так часами играть, – сказал Андрей.

 – Бим привязался к Гуньке, да и Гунька к нему привязался.

– Это надо же! Животное, а всё понимает, – сказал Алексей Владимирович. – Ведь человеческий детёныш – совершенно чуждое ему существо, а как он заботится о нём! Сколько бескорыстия, благородства в его поведении. Вот если бы все люди были такими же благородными, добрыми! Так же заботились о своих братьях меньших.

– Люди тоже заботятся о животных, – ответил Андрей.