Записки атеиста. Рассказы и повести

 – Тебе хорошо… ты можешь ни в чём себя не ограничивать. А мне приходится сидеть на диете.

– Ничего, малыш, потерпи ещё немного. Скоро родишь. Уже не долго осталось. Меньше двух месяцев. Бог терпел и нам велел.

– Конечно, тебе легко говорить. Ты-то не знаешь, каково это – ходить на восьмом месяце беременности.

– Поверь, я очень сочувствую тебе, котёнок. Я бы сам с удовольствием носил ребёнка вместо тебя, лишь бы тебе было легче.

Они закончили чаепитие и вновь устроились на диване в гостиной. Сергей откинулся на валик.

Юля прижалась к нему и положила голову на его плечо. По телевизору шла какая-то беседа об искусстве с известным артистом кино. Сергей, зевая, рассматривал высокий сводчатый потолок гостиной, расписанный библейскими сюжетами. На нём играли отсветы большого экрана и казалось, что лики святых и грешников ожили, что они движутся. Направо – во врата Ада, налево – во врата Рая.

У тех, кто шёл в Рай, были благородные лица, красивые тела, они были полны достоинства в ожидании вечного блаженства.

Те же, кто направлялся в Ад, были сгорблены, высохши, лица их выражали страдание, некоторые из них молились, плакали и каялись в грехах.

– А куда мы с тобой попадём, малыш? – задумчиво спросил Сергей. – Много у нас грехов или мало? Куда нас определят?

– Ты-то уж точно попадёшь в Ад за все твои проделки, – усмехнувшись, ответила Юля.

– Зато ты, котёнок, точно попадёшь в Рай, – уверенно заявил Сергей.

– Значит, нам уже не быть вместе на том свете? – с тревогой спросила Юля.

– Выходит, нет.

– Тогда я не хочу в Рай. Я согласна гореть с тобой в Аду на медленном огне. Без тебя мне и в Раю будет плохо.

Сергей нежно поцеловал жену. – Не огорчайся, малыш. Сказки всё это. Логики в них нет.

– Почему нет? – спросила Юля.

– Потому, что Рай и Ад – это две крайности. В Рай попадают все праведники, а в Ад все грешники. Но христианская церковь объявила человека изначально греховным. Нет безгрешных людей! Не бывает! Тогда кто же попадёт в Рай?

– Но грехи можно замолить, искупить, выпросить у бога прощение, – возразила Юля.

– Верно. Грехи может отпустить любой священник на исповеди. Отсюда мораль: греши сколько хочешь, но молись, кайся почаще, исповедуйся, в общем, не жалей денег на церковь! И тогда будешь в Раю… Выходит, что Рай состоит из одних раскаявшихся грешников. Но где та черта, та грань за которой следует отправка в Ад или в Рай? Этого никто не знает.