Косатки

Капли ручьями стекали с треугольника его подбородка и тонкого ската носа, а он улыбался, будто только что сбил джек-пот у однорукого бандита.

– Але! Але! Аленушка! – начал разговор с любимой фразы Андрей. Он хотел, чтобы у неё даже и мысли не возникло, что может происходить что-то пугающее.

– Привет, Андрюша! – яснее ясного, Алена давно беспокоится, и уже собралась переживать, когда ее телефон зазвонил самой долгожданной мелодией. Поэтому в миг звонка она не знала, что чувствовать и говорить.

– Ну, как ты там? Как Посечка? Уже спит? – спросил Андрей.

– Только заснула! Долго не хотела укладываться, плакала! – тонким, певучим голосом ответила Алена, – А я в порядке, только вот что-то тоже о тебе переживаю! Не знаю почему! Столько времени, а тебя всё нет! – девушка взяла паузу, отвлекаясь на сон дочери, – Ты где? Все нормально? Завтра такой день. Я уже почти все собрала, а тебя еще нет! А вдруг я что-то забыла? Будешь потом без плавок у бассейна скакать! – Алена приободрилась, все-таки звонок мужа ее успокаивал.

Андрей обожал, когда девочки смеются, и ему еще больше захотелось в тот же миг оказаться рядом с Аленой и Полиной. Но он не мог этого сделать, и какое-то горькое отчаянье, от которого невыносимо трудно стало сдерживать спокойствие в голосе, охватило его.

– Я?.. Я на сервисе! Представляешь, машина сломалась и встала! Добрые люди дотянули до ремонта, теперь вот сижу, жду – чинят! – Андрей протяжно выдохнул в надежде, что ему удалось быть достаточно убедительным.

– И долго тебе еще там? – снова забеспокоилась Алена.

– Не знаю, самому хочется понимать хоть примерно, но не знаю. Вроде, ничего серьезного не сломалось, но механики все равно говорят – придется покопаться. У них тут из инструментов полтора ключа на два человека. Это же деревня!

– Ясно! Ну, ты все равно постарайся поскорее, милый! Только не торопись! Я тебя очень жду! Ты, кстати, там под дождь не попал? Не промок? У нас сегодня весь вечер тучи хмурились, моросило.

– А мне без тебя! Ты – начало моего света! – Андрей чуть было не раскис в точности, как земля под его телом, но все же удержал себя в руках.