Козни

Татьяна, действительно, была удивлена тому, что новичку выделен кабинет Герасимова, и было не понятно, куда же переселили прежнего хозяина кабинета. Непонятно было и про ресторан, но более всего удивило заявление босса о том, что со Степаном они однокурсники. Из учредительных документов она знала возраст Параченко, однокурсниками мужчины могли бы быть, но из верного источника Татьяна знала, что Параченко никогда не был студентом ни одного вуза и что диплом его был куплен.

Параченко удалился как-то неожиданно быстро, оставив Татьяну со Степаном стоящими в коридоре под дверями бывшего рабочего кабинета Герасимова Виктора Андреевича – снабженца предприятия.

У Степана Ивановича оказался ключ; он отпер дверь кабинета и по-хозяйски толкнул её. Дверь открывалась внутрь. «Да что ему показывать, – подумала Татьяна о новичке, – он, похоже, тут уже освоился». Это она ему и сказала:

– Что мне вам показывать, вы прекрасно уже освоились тут.

Сказанное ничуть не смутило Степана Ивановича. Широко, белозубо улыбаясь, он жестом пригласил Татьяну войти, вошёл следом, указал ей место на диванчике, сам сел в кресло напротив в удобной раскованной позе и только тогда ответил:

– Да, я уже отработал сегодня полдня.

Даже успел о вас многое узнать.

Говорил Степан Иванович серьёзно, но глаза его чему-то нежно улыбались.

– Да, и что же? – поинтересовалась Татьяна.

– К примеру, мне известно, что вы закончили Бауманку, потом финансовый, знаете два языка, не замужем.

Татьяна, считавшая себя правой рукой хозяина, была неприятно задета: на предприятии такие перемены: выселен из кабинета Герасимов, интересно куда, новичок полдня, а может, и весь день роется в её досье, ну, может, уже и дела всех других перерыл, а она этого не знает! Она слушала Степана Ивановича с плохо скрываемым раздражением и с тяжестью в голосе внесла поправку:

– Вдова.

Улыбка из глаз Степана Ивановича исчезла, на лице появилось виноватое выражение.

– Простите, – тихо вымолвил он.

Возможно, чтоб скорее сгладить неловкость, Татьяна не в тему сбросила крутящийся в её сознании вопрос:

– Куда переселили Герасимова?

– Этого я не знаю, – пожав плечами, ответил Степан Иванович и тут же с нотками участливости в голосе спросил: – Вы переживаете за него?

– Надеюсь, у меня нет повода переживать за Виктора Андреевича.

Его же не уволили?

– Нет, пока нет.

– Пока?

– Ну, вы же слышали, весь коллектив будет обновляться. О Герасимове я пока ничего сказать не могу.