Шоколадка на всю жизнь. Легенды и сказания семьи Никитиных

Правда, и спать он вовсе не собирался. Избороздив всю кровать и лежащих на ней папу и Рому, Егор так и не нашел нужной позы. Тут бы и вскрикнуть, мол, мама! Где же ты? Где же титя? Но нет, повторюсь, ребенок мужественно молчал. Однако и сна у него не было ни в одном глазу. Папа перебирал в уме все известные ему педагогические приемы. Сказку он рассказал, даже не одну, а штук пять, причем на последней заснул. А проснулся от того, что почувствовал, как кто-то с интересом на него смотрит. Это был неспящий Егор. Папа запел колыбельную.

От этого проснулся Рома. Ситуация накалялась. Но уже через 5 минут Егор неожиданно заснул. Папа взглянул на него: на лице суровое выражение, губы вытянуты в трубочку и подтянуты к носу! Где-то папа уже это видел. Ну, конечно! Эту гримасу часто – и, видимо, инстинктивно – использует Жириновский, когда надо кого-то поругать. Сразу стало понятно, почему вождь ЛДПР такой злой – видимо, в детстве его не докормили грудью!

Ночь вторая. Без мамы, но с «бутыликой».

Разбираясь в ящике с посудой днем в субботу, папа обнаружил одну такую интересную бутылочку от фирмы «Avent».

Человечество за свою многовековую историю придумало множество полезных вещей: сетка от комаров и электрочайник, телефон и чемоданы на колесиках… Но, поверьте, самые великие изобретения человечества – бутылочки с сосками, которые имитируют материнскую грудь.

В голове папы сразу созрел план. Нет, рано стал Рома использовать эту бутылочку для смешивания своих красок. Она еще послужит подрастающему поколению! Тщательно прокипятив бутылку и соску к ней, папа повеселел: нынешний вечер обещал стать не таким напряженным, как вчера.

Но сначала надо было пережить порыв Егора поговорить с мамой по телефону. Как вы понимаете, мама находилась в Иванове, где от избытка чувств покрушила все в детской, включая ни в чем неповинный стол.

Папа опасался, что нежная детская психика может не выдержать осознания факта разлуки со вторым (после папы) родным существом, т.е. с мамой. Но Егор, взяв трубку, стал разговаривать неожиданно сухо и лаконично.

– Здравствуй, сынок!

– Здрасуйте!

– Как ты себя чувствуешь?

– Намано.

– Ты кушал?

– Кусял.

– Гулял?

– В пайке.

Это была истинная правда. Стремясь угулять Егора, чтобы он лучше спал, папа исколесил вместе с ним и Ромой половину Измайловского парка. Да так, что когда Егор изволил вздремнуть, папа, сев на скамейку, заснул сам…

– Все, мам, пока!

Какая уж там истерика.