Счастье. Отрочество. Юность

И, прежде чем рекомендовать, нужно встретиться с человеком лично и хорошо его узнать – как доктор осматривает пациента перед выпиской рецепта. Конечно, существуют, и универсальные книги – «витамины». Но про них и без меня прекрасно известно миру.

Училась намеренно не у поэтов (читала стихов не более, чем слушала музыку или смотрела фильмы) боялась, что невольно буду копировать чей-то стиль.

– Что самое важное в жизни поэта?

– Для меня – банально. Чтобы близкие были здоровы. И чтобы войны не было… Остальное всё – глупости по сравнению с этим.

Из интервью порталу «The Yola Room»

Знаешь, чтоб улететь на море

Знаешь,

чтоб улететь на море – нужны крылья.

Не билеты, не деньги, а просто сердец стук.

Всё на свете совсем легко может стать былью:

Просыпаешься, смотришь в окно, ну а там – юг.

Не беги:

не спасёт ни объявленный рейс в Севилью

И ни даже двоюродной бабушки дом в Крыму.

Просто чтоб улететь на море – нужны крылья.

(Да и тем, кто без крыльев, и море-то ни к чему.

Только если увидишь, как снова

дышу пылью,

Жду автобус и пью таблетки от головы —

– Я в порядке. Да…

Чтоб на море – нужны крылья.

Но когда они есть, то достаточно и Невы…

2014, Сочи

«Звонит…»

Звонит:

– Послушай, какие сегодня у нас птицы! —

И телефон, похоже,

к небу поднёс.

До его доброты – учиться мне и учиться.

Хотела спросить: это всё? —

Не смогла из-за слёз.

2015, Йошкар-Ола

«Мне Река говорила…»

Мне Река говорила:

– Весь мир – твой родимый дом.

Но нужнее ты там,

где пустыни и пепелища.

Береги в себе жизнь,

даже если покрылась льдом.

И пытайся всегда

быть

глубже,

полней

и чище.

Письмо

Я с трудом разжимаю веки:

Не очнуться от наваждения —

Я как будто в двадцатом веке,

В смысле, в самом его рождении.

И у книжной стою витрины,

Опустелой и кем-то брошенной…

Я, конечно же, не Марина,

Но я тоже пишу Волошину.

Вы ведь скажете – много чести,

Не последними и не первыми.

Мы же с этой эпохой вместе,

Только жаль, не душой, а нервами.

Это, право, красиво с виду,

Но судьба-то за всё расплатится.

Я сегодня к обеду выйду

В тёмно-синем закрытом платьице.

Как стемнеет – пойду к аптеке,

Чтоб и ночь, и фонарь, и улица —

Я сегодня в двадцатом веке…

Говорят, если верить, сбудется.

2012, Йошкар-Ола

Париж без любви

Париж без любви – арабы.