Перемена

– Ты же вперёд всех побежал, – сказал Лиор, чуть отодвигаясь от кочки и уступая место Никите. – Откуда мы знали.

– Знали-знали, – сказал Никита, приседая вниз и облокачиваясь к дубу. – Я же случайно, и – ах ГОНДОНЫ, ТУТ ТОЖЕ!

Внезапно мне показалось странным звук, с каким сел Макс на место. Это было не шуршание травы, а сырое и холодное хлюпанье.

– Суки! – заорал Никита, вскакивая с места с криком пожарной тревоги. – Вот же ж мрази, ну за что?! Жопа онемела!

– Что за слова?! – К нам подошла Анатолия с одной из учительниц.

– А, да бросьте! – Никита был грустен. – Ну гляньте, что сделали? Как вот без мата!

Жопа Никиты была идеально обрисована мокрой тканью.

– Это от слёз, – заикаясь от смеха, выдохнул Стефан.

Мы загоготали, лупя ногами по земле. Анатолия почему-то улыбнулась. Наши маты она воспринимала как издержки возраста.

– Кит…. Кит… – Лиор пытался выговорить свою фразу, но сквозь смех это было сделать очень трудно.

Киткат помолчал, вдруг улыбнулся.

– О, черт.

– АААА! – заорал Никита с улыбкой на лице и бросился на Лиора.

Мы не остались в стороне и присоединились. Через секунду мы дрались друг с другом. Мы были шаром с торчащими руками и ногами, что катался по поляне и кочкам. Классный руководитель и девочки только вздыхали, расстилая скатерти с едой.

Спустя час мы уже разложились— бутерброды, салаты, овощи, колбаса. Анатолия напрочь отмела идею зажечь костёр.

– Ну пожалуйста! – канючили мы, ходя перед бедной растерявшейся учительницей. – Ну мы приедем домой и скажем, что не жгли костёр?

– Скажете, ничего не сделается. А вдруг что-нибудь подпалите?

– Не будем собирать дрова, – влез Марк. – Мы пойдем на дачу к Стефу. Веди нас, вожак.

– И где дача? – тут же напряглись взрослые.

– Рядом, рядом, – спокойно и извиняющимся голосом заговорил Бустендорф. – Вон там.

Анатолия вздохнула:

– Если потеряетесь…

– Мы кино снимать.

– Опять? Журналисты-киношники, давайте без сюрпризов.

До дачи было идти десять минут. Мы вышли на широкую, неухоженную дорогу, у каждого в руке любимая палка. Ей мы били крапиву, она атаковала в пути.

– Зачем мы бьем крапиву? – спросил я.

– У самурая есть только путь, – отозвался Славик. – На, получай!

Вдруг среди небольших уютных дачных домиков, среди просыпающихся сторожевых собак, завиднелся высокий черный дом.