Перемена

 – Мы можем заработать денег, продавая наши записи?

– Пока что вы зарабатываете на отчисление из школы. А зачем вам деньги?

– Мы хотим купить эту землю с дубом.

– А если дождь? – презрительно заметил он.

– Все думают о дожде, – пробубнел недовольно Таволайнен. – Ну и что, дождь-дождь! Главное ведь идея.

Томаш неопределенно пожал плечами.

– Если это смотрят, может и деньги смогут давать, – мерзко улыбнулся он и ушел.

Спустя час мы уже отъезжали от перрона с грустным чувством. Кто-то пустил слезу, понимая, что завтра всем учить английский и писать грамматическую работу.

Кто-то смеялся и разговаривал, стараясь не думать о том, что будет завтра. А кто-то клал на рельсы всякие бумажки, веточки и помидоры, и дико орал, когда их раздавливала электричка.

Вечером я отсмотрел материал, нашел наши посиделки под дубом лиричным документальным артефактом. Первое, что я понял – его не стыдно показать никому. Я набрал Марку:

– Нам надо заработать на дуб. Давай продавать видео.

Как угодно. Ты же режиссер, давай подумаем.

В тот день я своей легкомысленно фразой назначил Марка режиссером. Так родилась идея с покупкой дуба, которая захватила нашу жизнь. Той же ночью вернулись лютые холода. Это был самый холодный ноябрь в моей жизни.

Про эксклюзив

После поездки мы сняли еще два видео. Сразу осознали: нас знают. Эти видео требовали даже две соседние школы. Это было в высшей степени неловко. В первую очередь, конечно, Лиору и Киткату. После субботнего путешествия мы гуляли в воскресенье по городу, и стайка девчонок и пацанов узнала нас на Центральной площади.

С ними впервые сфоткались люди не из школы. Уже в автобусе Лиор озвучил:

– Ссыкотно.

Марк задумался на минуту:

– Едем до Большевой.

– Чего мы забыли в этой дыре?

– Это мой дом. Отца сегодня нет, обсудим детали.

Спустя полчаса мы сидели у Марка в большом деревенском доме. Отца не было, он уехал к родственникам на несколько дней. Огромная гостиная соседствовала с небольшой каморкой под лестницей для Марка, прям как у Гарри Поттера.

Но у последнего были только солдатики, а у Войцевского – четвертый «пень», штатив, новая видеокамера и микрофон.

Уселись в гостиной, полукругом.

– Я больше не буду говорить слово «ссыкотно», если надо ездить в эту глушь, – заверещал Лиор.

– Предлагаю совместить сюжеты на одном диске и продавать, – расхаживал туда-сюда Марк.

– Да кто это говно купит? – вырвалось у меня.